январь = tammikuu «месяц дуба»
февраль = helmikuu «месяц жемчуга»
март = maaliskuu (значение установить не удалось)
апрель = huhtikuu «месяц очищенной от леса земли»
май = toukokuu«месяц посева»
июнь = kesäkuu «месяц лета»
июль = heinäkuu «месяц сена»
август = elokuu «месяц урожая»
сентябрь = syyskuu «месяц осени»
октябрь = lokakuu«месяц грязи»
ноябрь = marraskuu «мёртвый месяц» (т.е. месяц, когда земля замерзает, «замирает»)
декабрь = joulukuu «месяц Рождества»

А сводная таблица славянских месяцев есть здесь — кстати, составленная известным самарским лингвоблогером Сергеем Ярославцевым.

Tagged: лексика, ссылки, финский язык, этимология ]]> http://massimoling.ru/2012/01/11/fi-mesjacy/feed/ 2 admin http://massimoling.ru/2011/12/28/ua-internatsionalizmy/ http://massimoling.ru/2011/12/28/ua-internatsionalizmy/#comments Wed, 28 Dec 2011 14:52:22 +0000 Massimo http://max425.wordpress.com/?p=4411 ]]> Известно, что в белорусском языке не может быть звука [и] после д, т, р, поэтому в иноязычных словах после указанных согласных он всегда заменяется на [ы]: дыскутаваць «дискутировать», палітычны «политический», гістарычны «исторический». Также в белорусской тарашкевице в заимствованных словах под влиянием польского обычно не используется [и] после [c], хотя в принципе белорусская фонотактика не отвергает такого сочетания: сіла «сила», но сымбаль «символ», сыстэма «система» (в современном официальном белорусском языке — «наркомовке» — используются формы сімвал, сістэма).

В украинском языке, литературный вариант которого имеет общее происхождение с классическим белорусским языком, в своё время действовали те же самые тенденции. И хотя в украинских словах сочетания ді, ті, сі, рі возможны, они встречаются только там, где на месте і когда-то был звук о или е: діло «дело», тільки «только», сіль «соль», ріка «река». В интернациональных же словах после всех указанных согласных і [и] заменяется на и [ы], а после остальных согласных остаётся і [и]: система — університет; граматика, лексика — стилістика, політика; фонетика — графіка; християнство — конфуціанство. Иногда это даже приводит к вариативности интернациональных суффиксов: русизм, но українізм, полонізм. То же распространяется и на имена собственные: Рига, Рим, Париж, Мадрид, но Вільнюс, Таллінн (хотя это правило уже не такое строгое и имеет исключения — Гельсінкі, Ріміні).

Исключение — окончания –ія, -ій, -іо, в которых всегда сохраняется і: літій, радій, радіо, гвардія, Вікіпедія, історія (но: історичний!).

Знание этой закономерности позволяет не-носителям украинского правильно «украинизировать» интернационализмы, не заглядывая лишний раз в словарь.

Например, в русском волосья, колосья, листья — это формы множественного числа от слов волос, колос, лист. Соответствующие по форме и значению украинские волосся, колосся, листя — это уже собирательные существительные среднего рода единственного числа: чеше волосся своє «расчёсывает волосы свои» (кстати, из украинского перевода «Лорелеи» Гейне!), колосся стигле «колосья спелые», пожовтіє листя «пожелтеют листья».

Это наводит на размышления: а не происходят ли русские неправильные формы множественного числа типа деревья, колосья, листья от каких-нибудь утерянных собирательных существительных среднего рода типа *деревье «группа деревьев», *колосье «группа колосьев», *листье «группа листьев», «листва»? Ведь образуемые таким образом собирательные вполне типичны для русского языка: ворон — вороньё, кулак — кулачьё, мужик — мужичьё? Эта словообразовательная модель продуктивна и поныне. Так, недавно в газете «Новгород» даже встретилось неформальное самоназвание туристов-рюкзачников — турьё.

Такая анкета, думаю, не помешала бы и жителям Великого Новгорода. В последнее время у многих магазинов и учреждений в городе появились велостоянки (пусть пока и небольшие, на 4-5 мест), но нормальные велодорожки в городе, не считая сделанных энтузиастами имитаций, пока остаются только в обещаниях мэрии, хотя такая перспектива обсуждается давно. И это при том, что в последние три-четыре года в небольшом городе появилось огромное количество машин, часто используемых по сути для того, чтобы пересечь несколько коротких улиц. Результат — пробки и неудобное и даже опасное интенсивное движение на основных транспортных магистралях города, в котором при наличии желания и времени из любой точки в любую можно пройти пешком. Разумеется, ходить пешком не всегда есть время и силы, а на ожидание общественного транспорта нужно тратить дополнительное время, поэтому велосипед для передвижения по городу является, пожалуй, оптимальным решением. Лишь бы было по чему ездить и где ставить своё маленькое личное транспортное средство.

Лично я бы принципиально ездил по городу на велосипеде, если бы он у меня был (что в перспективе поправимо) и если бы на улицах города была бы хотя бы нормальная безбарьерная среда для велосипедов, так как постоянно заезжать на бордюры и ехать по мощённым плиткой дорожкам, к тому же постоянно лавируя между пешеходами, не очень-то удобно. Тем не менее, даже сейчас увидеть человека на велосипеде на улицах города можно не так уж редко, но пока это единичные приверженцы двухколёсного транспорта. При наличии соответствующих условий велосипедистов наверняка стало бы больше — ведь не только спрос порождает предложение, но и наоборот. А там, глядишь, и дороги не так будут забиты машинами, и общественный транспорт — пассажирами, и людям таким образом станет более удобно и менее тесно.

Взято с сайта Behance Network, там ещё много такого.

Когда-то школьное компьютерное тестирование выявило у меня распределение способностей к гуманитарным и точным наукам как примерно 60 на 40. В школе я учился в классе физико-математического профиля и делал некоторые успехи в математике и информатике (хотя языки, конечно, любил уже тогда). В старших классах, когда у меня появился первый компьютер, я увлекался программированием на языке Visual Basic и даже создавал какие-то простенькие программы. Затем, когда я выбрал для себя языковое высшее образование, я неоднократно жалел, что программистская жилка у меня так и не нашла дальнейшего развития.

Однако не так давно я понял, что рано жалел о том, что математическая часть моего мышления зашла в тупик. Как-то мой товарищ сказал, что «хорошие лингвисты получаются из тех, кто имеет математические способности». Наличие у меня знакомых, отлично разбирающихся и во многих языках и лингвистике, и в программировании, подтверждали эти слова. И тогда я задумался: а как, собственно, я изучаю языки?

Систематически я учил фактически только английский, немецкий и в какой-то степени испанский — те языки, которые я изучал в школе и университете. Их я изучал традиционным дедуктивным методом «от общего к частному»: сначала выучить набор правил грамматики (желательно весь и желательно в строго определённом порядке), потом их применять на практике в предложениях и текстах.

В дальнейшем, однако, интерес к языкам у меня стал возникать из интересов к текстам на данном языке и к тому, как эти тексты переводятся на русский. Так, интерес к итальянскому языку у меня начался с интереса к текстам итальянских песен, а интерес к эсперанто и осетинскому — с записей владеющих этими языками людей. Сравнивая тексты с переводами, я делал выводы по принципу «слово в таком-то контексте должно означать такую-то грамматическую форму; если оно в данном предложении имеет такое-то окончание, значит, и другие слова данного типа в этом языке имеют для данной формы такое же окончание». То есть усвоение грамматики языка шло не от правил к текстам, а от текстов к правилам; иначе говоря — индуктивным методом «от частного к общему», анализируя язык. Такой же метод индукции используется в математике для доказательств тождественности числовых выражений. Индуктивный метод использовал и Шерлок Холмс, хоть и почему-то называл его «дедуктивным».

Ещё одним доказательством «математичности» такого метода изучения языков является наличие такого вида научных развлечений, как «лингвистические задачи». В таких задачах на основании данных в условии слов или фраз какого-либо незнакомого языка требуется составить самому заданное слово или фразу . Вот простейший пример лингвистической задачи:

Латинское слово facere «делать» в испанском языке перешло в hacer, слово mulier «женщина» превратилось в mujer, а слово clarus «ясный» — в claro. Как по-испански будет «сын», если по-латыни это слово было filius?

На основании данных задачи легко заметить латино-испанские переходы f → h, li → j, -us → -o. Значит, латинское filius «сын» в испанском стало словом hijo, которое и является решением задачи. Такой сравнительно-аналитический метод реально помогает устанавливать значения незнакомых слов в языках, «родственники» которых уже известны (для знающих латынь — в романских языках, для русскоязычных — в славянских), что значительно облегчает изучение языков.

Итак, правило «иностранный язык — это язык зубрилок» остаётся актуальным лишь для людей с ярко выраженным репродуктивным мышлением (основанном на воспроизведении заученного как правило или как данность), а к людям с мышлением аналитическим гораздо более применим девиз сайта Fluent-English.Ru: «Иностранный язык нужно не учить. Иностранный язык нужно узнавать».

Все существительные в финском языке можно условно разделить на несколько типов по конечному звуку основы, от которых по сути и зависит тип их склонения:

- слова на -i;
- слова на -o/-u;
- слова на –a/-ä;
- слова на -nen;
- слова на -n, -s или другой согласный (несколько типов).

Проще всего со словами на -i и на -o/-u. Слова этих групп всегда склоняются по одному и тому же типу — падежные окончания просто приклеиваются к основе. При этом конечное -i меняется на -e (järvi «озеро» — järven), а в заимствованных словах (которые, правда, в финском ещё надо суметь распознать) -i вообще не меняется (risti «крест» — ristin). Конечные -o/-u  вообще всегда остаются без изменения. Во множественном числе (кроме именительного падежа, который всегда образуется по типу единственного числа) между основой и окончанием вставляется показатель множественного числа -i-: järvi — järven, järvea, järvessä — järvien, järvia, järvissä (но: risti — ristin, ristiä, ristissa — ristien, ristejä, risteissa); valtio «государство» — valtiojen, valtioja, valtioissa; palvelu «услуга» — palvelujen, palveluja, palveluissa. Ну и надо помнить о регулярных чередованиях типа kaupunki — kaupungin, Helsinki — Helsingin,  uusi — uuden, minuutti — minuutin, sekunti— sekunnin (подробнее см. здесь).

Слова на -a/-ä в единственном числе всегда изменяются одинаково, путём такого же механического присоединения падежных окончаний к основе. А вот если вам понадобятся косвенные падежи множественного числа этих слов, то придётся заглянуть в словарь (можно в Викисловарь, например), чтобы посмотреть, к какому из двух типов относится это слово: к более простому типу koira «собака» или к более сложному kala «рыба». В словах первого типа во множественном числе имеем просто -i-, в словах второго — -oi-: koirien, koiria, koirissa — kalojen, kaloja, kaloissa. По моим наблюдениям, больше слов на -a относится к «сложному» типу kala, а больше слов на -ä — к типу koira. Но каждый конкретный случай нужно проверять.

А большинство остальных типов можно свести к самому распространённому типу склонения — склонению на -i. Для этого нужно лишь мысленно подставить немного другую форму именительного падежа, после чего склонять эту гипотетическую форму по всем правилам склонения слов на -i: 

- вместо -nen — *-si (тип nainen «женщина») (Nota bene: чередования s/d здесь не будет);
- вместо -us в единственном числе — *-uksi (если тип vastaus «ответ») или *-usi плюс чередование -s/-d (если тип rakkaus «любовь»); в косвенных падежах множественного будет *-uksi и у тех, и у других;
- вместо –in — *-imi (тип kytkin «переключатель»);
- в словах типа sisar «сестра» мысленно добавлять к именительному падежу -i;
- вместо mies «мужчина» — *miehi.

Таким образом, получаем:

nainen (*naisi минус s/d) — naisen, naisessa, naiset;
vastaus (*vastauksi) — vastauksen, vastauksessa, vastaukset;
rakkaus (*rakkausi плюс s/d) — rakkauden, rakkaudessa, rakkaudet;
kytkin (*kytkimi) — kytkimen, kytkimessa, kytkimet;
sisar (*sisari) — sisaren, sisaressa, sisaret;
mies (*miehi) — miehen, miehessa, miehet.

Есть, конечно, типы, которые к склонению на -i не свести — например, довольно распространённый тип vieras «гость», склонение которого основано на удвоении гласного перед конечным -s (vieraan, vieraassa, vieraat). Но всё же замена нескольких более сложных типов склонения одним более простым значительно сокращает количество типов склонений, которые надо тупо заучить.

Да, ещё партитив. В отличие от других падежей, у него целых два окончания. В единственном числе (и чаще всего во множественном) обычно в многосложных основах на гласный он принимает вид –a/-ä (Suomea, valtioa, palvelua, kalaa, koiraa), в основах на согласный и в односложных основах на гласный — -ta/-tä (naista, vastausta, rakkausta, kytkintä, sisarta, miestä; suota, maata). Есть, правда, исключения — в частности, слова на -i с долгим гласным в корне, в которых партитив принимает форму -ta (suuri «большой», pieni «маленький» — suurta, pientä, kieli — kieltä). А ещё — слова на -i с чередованием s/d в основе (uusi«новый» — uuden — uutta; vesi «вода» — veden — vettä).

Различные формы партитива удобно запоминать по формам приветствия:
Hyvää huomenta! — Доброго утра! (huomen «утро» — основа на согласный, значит, -ta/-tä);
Hyvää päivää! — Доброго дня! (hyvä «добрый», päivä «день» — многосложнаяоснова на гласный, значит, -a/ä);
Hyvää iltaa! — Доброго вечера! (ilta «вечер» — многосложная основа на гласный, значит, -a/-ä);
Hyvää yötä! — Доброй ночи! (yö «ночь» — односложная основа на гласный, значит, -ta/-tä).

Кстати, на всякий случай: слово yötä читается как [üötæ] с ударением на первом гласном :)

И не забывайте о гармонии гласных и её финских особенностях.

«Отправление от Морского вокзала по воскресеньям в 20.00; утром следующего дня, то есть в понедельник, паром прибывает в Хельсинки. Вечером, в 19.00, отход и буквально через четыре часа прибытие в столицу Эстонии. Ночь на борту, день в Таллине – и в обратный путь. Отрадно также отметить, что паром во всех трёх столицах пришвартовывается к пирсам в центре городов: в Хельсинки – вблизи Кафедрального собора, в Таллине – в нескольких минутах ходьбы от Старого города, в Петербурге – в Гавани».

Ну, питерский морвокзал расположен не так уж близко к собственно центру города, да ещё и метро до него не ходит, а вот оба хельсинкских портовых терминала и вправду находится рядом с центром. В Таллинне, говорят, паром вообще прибывает почти под башни Старого города.

В один Хельсинки лично я бы на пароме не поехал, ибо я не особый любитель развлечений, кои и являются для многих основной привлекательностью путешествия по воде. А добраться из нашей северной столицы до финской можно много на чём ещё, и это займёт скорее меньше времени. А вот если речь идёт уже о двух балтийских столицах, то паром, маршрут которого охватывает их обе, имеет целое множество неоспоримых преимуществ:

• Удобно поселиться на три дня на корабле, который, помимо средства передвижения, служит ещё и гостиницей — без излишней роскоши, но со всем необходимым.
• Когда есть возможность в дороге поспать в горизонтальном положении, это всегда преимущество.
• Ужин и завтрак «шведским столом» очень сытный, и после него можно весь день бегать по городу, не испытывая ни малейшего чувства голода. А значит, можно сэкономить деньги на «перекусывание» в дорогих европейских столицах.
• Можно забронировать на весь круиз одну и ту же каюту и уже не думать о проблеме «как добраться» и «где поесть» (см. выше) и «где переночевать», а гулять в Хельсинки и Таллинне в своё удовольствие.
• Для тех, кто уже не впервые ездит в Хельсинки и/или Таллинн, это ещё и разнообразие: не надо лишний раз скучно ехать по одной и той же дороге и скучно пересекать границу в одном и том же месте. Вместо этого можно стоять на палубе и глядеть на морские просторы и красивейшие виды городов и природных пейзажей с моря. А в столицах всегда найдётся что посмотреть, сколько бы раз ты там ни был :)
• Наконец, одно из главных преимуществ — поездку можно совершить абсолютно самостоятельно, не записываясь на экскурсию с тургруппой лишь из-за того, что «тебя там довезут и вывезут», ибо именно это у вас уже в кармане. В Хельсинки и Таллинне при наличии карты города и хотя бы элементарных знаний английского и русского языков соответственно тоже растеряться никак невозможно. А уж паром и вовсе российский, так что там о языке общения и думать не придётся (в отличие, например, от паромов компании Tallink Silja Line, курсирующих между Хельсинки/Турку и Стокгольмом). Кроме того, можно прямо на пароме у информационной стойки обменять рубли на финские евро и (непосредственно!) на эстонские кроны, а потом обратно. Забронировать билеты и талоны на питание «шведским столом» можно на сайте компании St Peter Line, а выкупить их можно на петербургском морвокзале непосредственно перед отправлением.
• Финскую визу получить легче, чем любую другую шенгенскую:  для её получения не требуется конкретный повод, не нужна справка о зарплате и т.п. — достаточно заполнить анкету и предоставить фото. К тому же многие агентства за плату посредничают в получении финских виз, так что даже не обязательно ехать два раза в консульство и отстаивать там большие очереди (опять же особенно актуально для иногородних). Однако по финской визе границу ЕС в первый раз нужно пересекать именно в Финляндии — и только потом, если виза многократная, можно кататься в какие угодно шенгенские страны. Таким образом, самый лёгкий путь в Европу для наших граждан лежит через Финляндию. А такой круиз как раз является хорошим поводом открыть шенгенскую визу.

Для меня как не-петербуржца также имеет большое значение то, что паром отправляется из Питера и прибывает обратно в удобное время (20.00 и рано утром соответственно), когда в северную столицу и из неё можно без проблем добраться. Сухопутные экскурсии обыкновенно возвращаются в 22-23 часа или позже (в зависимости от прохождения границы), после чего даже питерцам надо ещё успеть на метро до его закрытия, а уж иногородние остаются ночью в чужом городе предоставленными самим себе.

В следующем навигационном сезоне новый маршрут «Принцессы Марии» обещают сохранить. А значит, есть повод задуматься о планах на лето :)

Вернулись хлопці вже з походу,
Коли зацвів на дворі май.

Ну, пробежал взгляд это место в тексте и устремился дальше. А потом вдург как стукнуло — в украинском же свои названия месяцев, и месяц май там совсем не *май, а травень! Что же значит в этой строчке слово май? Пришлось обратиться в Lingvo и отыскать там, что май — диалектное украинское слово, обозначающее «зелень». Так что хлопцы, о которых поётся в песне, вернулись из похода, когда на дворе зацвела зелень. Конечно, это вполне могло быть в мае, но из текста это прямо не следует.

Вот какие они, ложные друзья переводчика…

Вот некоторые из таких сходств:

1. Числительные требуют от себя существительное не в именительном падеже множественного числа, как во всех уважающих себя западноевропейских языках, а в партитиве (частичном падеже) единственного числа. В русском языке функцию партитива выполняет родительный падеж (во фразах вроде налить воды, отведать обеда), поэтому аналогия получается практически полной: talo «дом» — kaksi taloa «два дома» — viisi taloa «пять домов».

2. В конструкции «у меня есть» существительное идёт в именительном падеже, в конструкции «у меня нет» — в партитиве: Minulla on kissa, mutta minulla ei ole koiraa «У меня есть кошка, но у меня нет собаки».

3. Финский перфект больше похож на славянский (всегда с глаголом «быть»), чем на западноевропейский (обычно с глаголом «иметь» и лишь в отдельных случаях с глаголом «быть»): Olen lukenut kirjaa. = Я прочитал (в некоторых других славянских языках — «я есмь прочитал») книгу.

4. Даже личные местоимения 1-го и 2-го лица немного напоминают славянские: minä «я» (ср. меня), me «мы», te «вы» (ср. ты). Но это скорее не результат заимствования, а доказательство отдалённых родственных связей между индоевропейскими и финно-угорскими языками.

Такие общие черты, безусловно, облегчают изучение языка со столь  непривычной грамматикой и делают его более интересным.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Если финский язык актуален не для всех, то тест на знание основ безопасности вКонтакте будет очень полезно пройти большинству активных пользователей Сети из России и не только.

Видимо, всё-таки не зря живу.

Баннер по техническим причинам поставить не смог, но ответную ссылку на правой боковой панели разместил. Всё-таки All-Abc.ru — это очень даже заслуживающая внимания обширная подборка материалов и контактов для переводчиков и людей, изучающих самые разные языки.

Данный пример наглядно демонстрирует одну из главных особенностей финского сингармонизма. Для финского языка, как и для других агглютинативных языков, характерна гармония гласных суффикса с гласными корня. В самом упрощённом виде принцип гармонии гласных звучит так: «Гласный суффикса должен быть такого же ряда (заднего или переднего), как гласный корня» (схема для финского языка здесь). В реальности же это правило требует некоторых уточнений.

В тюркских языках (в частности, в турецком) гласный суффикса непосредственно зависит от гласного в предыдущем слоге. Это особенно актуально, когда в основе слова есть гласные как заднего ряда (a, o, u, ı), так и переднего (e, ö, ü, i): kitap «книга» — kitab-ı «книгу», rahmet «Божия милость» — rahmet-i «Божию милость».

В финском же языке гласный суффикса по сути зависит от всех предыдущих гласных в основе. Гласный суффикса может быть передним только тогда, когда все предшествующие гласные основы слова тоже передние. Если в основе есть есть хоть один задний гласный, гласный суффикса автоматически становится задним. Таким образом, если в тюркских языках задние и передние гласные равны в своих возможностях влиять на гласную суффикса, то в финском задние гласные оказываются «равнее» передних.

Вернёмся к нашему примеру. Слово appelsiineista представляет собой внутренний исходний падеж от слова appelsiini «апельсин» («откуда?» — «из апельсинов»). В основе appelsiinei- пять гласных, все из которых, кроме самого первого, передние. Однако этот единственный задний гласный a перевешивает все остальные и заставляет суффикс -sta принимать задний гласный: appelsiini — appelsiinei-sta. So it goes, как сказал бы Курт Воннегут.

Если в турецком языке окончания действительно приклеиваются один за другим к основе, как в детском конструкторе (ev-ler-de «в домах», буквально «дом-они-в»), то в финском при неизменности окончаний при склонении и спряжении очень часто начинают происходить изменения в основе слова. И вот эти-то изменениям в языке страны Суоми отличаются большим разнообразием, в результате чего существительные и в меньшей степени глаголы распадаются на множество типов склонения и спряжения. Особенно сложно дело обстоит с существительными, где типов особенно много и изменения в основах бывают иногда самыми непредсказуемыми. Но всё же здесь опять приходит на помощь агглютинативный строй, который предполагает строгое подчинение языка ограниченному количеству внутренних закономерностей. Достаточно их уловить — и типы склонений существительных у вас в кармане, чего не скажешь о русском или латыни, например.

Ниже приведу советы по запоминанию отдельных типов склонений существительных, к которым я пришёл сам. 

Во-первых, у каждого типа существительных необязательно заучивать все 15 падежей или даже все 10 основных. Достаточно по сути запомнить четыре падежа, помимо именительного: родительный (генитив), частичный (партитив), внутренний направительный (иллатив) и внутренний местный (инессив). Например, järvi «озеро» — järven, järvea, järveen, järvessä; kala «рыба» — kalan, kalaa, kalaan, kalassa. Первые три формы являются самыми «самобытными», а знание четвёртой сразу же выводит вас на всю богатую финскую парадигму местных падежей данного слова — основа будет точно такая же, только подставляй окончания. Например, если внутренний местный падеж (инессив) от слова rakkaus «любовь» будет rakkaudessa, то внутренний исходный (элатив) будет rakkaudesta, внешний местный (адессив) — rakkaudella, внешний исходный (аблатив) — rakkaudelta, внешний направительный (аллатив) — rakkaudelle.

Нужно, правда, сделать уточнение, что те же четыре формы плюс именительный падеж нужно сразу запоминать и для множественного числа, ибо самые странные чередования в основе обычно происходят именно там: järvi — järvet, järvien, järviä, järviin, järvissä; kala — kalat, kalojen, kaloja, kaloihin, kaloissa. Итого для запоминания 9 форм, но это всё равно проще, чем запоминать по отдельности все 20 или даже чуть больше.

Ну и, конечно, нужно всегда помнить о регулярных чередованиях согласных  в зависимости от открытости/закрытости конечного слога основы и о пресловутом сингармонизме (aka гармония гласных). Схемы того и другого хорошо и доступно обрисованы, например, в блоге Вячеслава Иванова aka amikeco.

Во-вторых, для запоминания некоторых типов склонения, которые на первый взгляд кажутся дикими, очень часто достаточно всего лишь мысленно немного изменить начальную форму слова, и тогда система склонения вдруг начинает совершенно логично проистекать из этой мысленной начальной формы.

Например, склонения сразу нескольких типов существительных с основой на –n и –s можно свести к обычному склонению существительных на –i, наиболее распространённому и простому в финском. Например, mies «мужчина» склоняется точно так, как если бы его начальная форма была *miehi: miehen, mieheen, miehessä, мн.ч. miehet, miehien, miehiä, miehiin, miehissä. Слово keskus «центр» склоняется так, как бы склонялось слово *keskuksi: keskuksen, keskukseen, keskuksessa, мн.ч. keskukset, keskuksien, keskuksia, keskuksissa. Многочисленные слова на –nen (nainen «женщина», suomalainen «финн», venäläinen «русский») склоняются так, как если бы они заканчивались на –si: nainen (*naisi) — naisen, naiseen, naisessa, мн.ч. naiset, naisien, naisia, naisissa. Исключением из этой парадигмы во всех трёх типах слов является только партитив единственного числа на -ta/-tä (miesta, keskusta, nainenta naista), который можно запомнить, например, в виде фразы Ei ole naista, ei ole miestä «Нет женщины, нет мужчины».

Финская табличка «АО “Рыба Куусинена”». Kuusisen — форма родительного падежа от финской фамилии Kuusinen

В-третьих: А вот заимствованные слова на –i, которые склоняются без чередования i/e, придётся позапоминать, ибо большинство таких слов в финском удачно маскируются под исконные и ничто, кроме склонения, не выдаёт в них заимствований. Ясно, что слова minuutti и sekunti могут склоняться только c –i- (minuuttin, sekunnin). Но кому придёт в голову, что слова kaupunki «город», tori «площадь», tunti «час» и даже название нынешней финской столицы Helsinki являются не исконно финскими? А между тем это так — первые три слова представляют собой древние германские заимствования (ср. швед. köping, torg, нем. Stunde), а второе напоминает о многовековом нахождении Финляндии под властью шведов, которые и основали крепость под названием Helsingfors. Соответственно, все вышеприведённые слова склоняются с -i-: kaupungin, torin, tunnin, Helsingin (почему g вместо k?)

Таким образом, в финском языке, как в любом уважающем себя агглютинативном языке, всё сложное и исключительное сводится к простому и регулярному, надо лишь понять внутренние закономерности языка.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Если вы тоже хотите попробовать поизучать финский язык с нуля, вам может помочь в этом лингводидактический блог, который так и называется — «Финский язык с нуля».

Я не был в Дании, но педестрианизация опешехоживание перевод центральных улиц города в разряд пешеходных активно осуществляется и там на протяжении последних сорока лет. «Раньше на этой улице было сорок счастливых автомобилистов, сейчас здесь же находится тысяча счастливых пешеходов», — говорит сотрудник датской градостроительной компании Gehl Architects Кристиан Вилладсен в своей видеолекции о благоустройстве городов с северным климатом на примере Копенгагена (всю лекцию с русскими субтитрами можно посмотреть здесь).

Недавно в газете «Новгород» появилась подробная статья о перспективах решения проблем автомобильных парковок, в которой упоминалось уже когда-то выдвигавшееся предложение сделать центр Великого Новгорода (Софийскую-Сенную-Людогощую-Чудинцеву?) пешеходным по образцу западных исторических городов. Сейчас в городе роль прогулочной пешеходной аллеи выполняет дорожка, идущая сквозь Кремль, и её продолжение на пешеходном мосту и Ярославовом дворище. Возможно, действительно есть смысл сделать пешеходными хотя бы Софийскую площадь и непосредственно прилегающие к ней улицы (Людогощую и Чудинцеву до Предтеченской, весь Газон, Мерецкова-Волосову до Сенной площади), на которых всё равно каждый праздник перекрывают автомобильное движение. Правда, для этого пришлось бы в качестве компенсации расширить узкие Предтеченскую и Стратилатовскую, через которые пошло бы всё движение мимо исторического центра города. Схема для иногородних:

Городу также не помешали бы велосипедные дорожки — хотя бы на центральных улицах и желательно чуть пошире тех чисто символических дорожек, что сделали в прошлом году на Санкт-Петербургской. Также очень полезны были бы обсуждаемые сейчас просторные перехватывающие стоянки на подъезде к центру, где приезжие туристы могли бы оставлять свои автомобили и не загружать центральных дорог и не искать свободных парковочных мест в центре города, где их традиционно мало. Да и ходить пешком полезно для здоровья.

До этого Юлия брала интервью у автора блога об испанском режиссёре Педро Альмодоваре (в котором, однако, были затронуты вопросы не столько о кино, сколько об изучении испанского языка), а также сама давала интервью другим языковым блогам на русском и английском.

«Русское письмо не нуждается в революционном преобразовании, надо лишь избавить его от всего противоречивого, двойственного, устарелого, без нужды отягощающего память пишущего. Главная цель — облегчить усвоение орфографии учащимися».

Вот что было предложено:

В подготовленный за два года проект вошли многие из разработанных ранее, но не принятых предложений, в частности:

1. Окончательно упразднить ъ, оставив один разделительный знак ь: вьюга, адьютант, обьём.

2. После ц писать всегда и: цирк, циган, огурци.

3. После ж, ч, ш, щ, ц писать под ударением о, без ударения – е: жолтый — желтеть, бережот — гложет.

4. После ж, ш, ч, щ не писать ь: настеж_, слышиш_, ноч_, вещ_.

5. Отменить двойные согласные в иноязычных словах: тенис, корозия.

6. Упростить написание н – нн в причастиях (писать н – нн в отглагольных образованиях в зависимости от наличия или отсутствия приставки, не дифференцируя слова по грамматическому значению).

7. Сочетания с пол- писать всегда через дефис.

8. Изъять исключения и писать впредь: жури, брошура, парашут; заенька, паенька, баеньки; достоен, заец, заечий; деревяный, оловяный, стекляный. > » />

Большинство данных принципов давно уже используются во всех других славянских языках, пользующихся кириллицей — от белорусского и украинского до сербского и болгарского. Если бы они были приняты и в русском языке, то они значительно упростили бы носителям языка написание слов, снизили количество орфографических моментов, которые надо «просто запомнить» и тем самым снизили бы количество орфографических ошибок у школьников и не только. При этом русская орфография всё равно бы оставалась чуть сложнее, чем в других кириллических славянских языках, из-за нефонетического написания гласных (не отображающееся на письме «аканье», «иканье» и др.), но всё равно писать по-русски стало бы проще, чем сейчас.

Однако, как это часто бывает, в языковые дела вмешался политический фактор, и после отставки Хрущёва работа комиссии потихоньку свернулась, а правила 1956 года (заменившие, например, более логичные написания жолтый, чорный, притти на менее логичные жёлтый, чёрный, прийти и сделавшие необязательной к написанию букву ё) действуют и по сей день.

Ниже я изложу мои взгляды на пункты так и не осуществлённого, но не утратившего актуальности и спустя полвека проекта 1964 года.

Пункт 1. Вполне согласен. Белорусы и украинцы пишут в обоих случаях апостроф (б’е/б’є «бьёт», аб’ём/об’єм «объём») и не знают проблем. Аргумент об отображении различий твёрдости/мягкости предшествующего согласного не проходит — многие говорят «обьём», но «обезъяна».

Пункт 2. Выбрать один вариант из двух (ци/цы), нужно, но не ци. В русском языке, в отличие от белорусского и украинского, ц может быть только твёрдым, поэтому звукосочетания [ци] в русском в принципе быть не может — только [цы]. А раз произносится [цы], то и писаться должно везде цы. Кстати, писать только цы предлагали в ещё одном нереализованном проекте реформы орфографии 1930 года, где к тому же вполне закономерно предлагали всегда писать жы и шы через ы соответственно их реальному произношению (этот принцип давно и успешно применяется в белорусском языке): цырк, соцыализм, революцыя, жыть, пишыте. С последним вполне согласен.

Пункт 3. Вполне согласен по тем же самым причинам: после всегда твёрдых шипящих не должно быть «мягких» гласных е/ё/ю/я, да и после всегда мягких ч, щ дублирующие друг друга о/ё ни к чему. Поэтому есть смысл пойти дальше и писать не только жолтый/чорный, бережот/печот, решотка, щотка, но и жэсть, шэсть, жэлтеть, шэстёрка, решэто. В этом случае омонимичными станут слова ожог и ожёг, поджог и поджёг, но таких случаев единицы и всегда поможет контекст :) А после всегда мягких ч, щ писать всегда а, о, у, но е, и — в общем, ничего не менять, кроме отмены ё после ч: чаща, щука, щавель, плáчу, плáчешь, чернеть, чистый, читать, щетина, щит.

Пункт 4. Вполне согласен. Могут быть возражения о проблемах с определением рода существительных (плач и ноч будут на конце писаться одинаково), но ведь даже не все носители русского языка точно знают, какого рода будет слово шампунь. А с большинством других слов таких проблем всё равно не будет. Что касается омонимии форм рож «рожь» и «рож» (от рожа), см. выше.

Пункт 5. Вполне согласен — см. белорусский, украинский, болгарский и иже с ними. Правила написания удвоенных согласных традиционно являются одними из самых трудных для русских школьников. Кстати, в слове русский, как и в словах подделать, оттянуть, на стыке морфем следует писать удвоенные согласные — одна в корне, одна в приставке/суффиксе.

Пункт 6. Думаю, станет проще, если будем писать варёный, жареный, деланый, купленый, но сваренный, поджаренный, сделанный, выкупленный. На один критерий выбора –н-/-нн- станет меньше. Есть смысл распространить это правило и на причастные обороты — писать одинаково жареная рыба и жареная в масле рыба.

Пункт 7. Согласен, ибо из двух «ветвистых» правил написания усечённой основы пол- останется только одно — всегда через дефис, будь то пол-литра, пол-апельсина, пол-Москвы или пол-ночи. В существительных типа полдень, полночь, поллитровка есть смысл оставить слитное написание.

Пункт 7.См. пункты 2,3 — сочетаний шю, жю в принципе не должно быть в русском языке. Надо, правда, подумать, что делать с французскими именами типа Жюль (Jules) или Жюльен (Julien). С достоин не согласен (ибо достойный, достойна), насчёт заец и заенька не уверен, но стекляный, деревяный, оловяный нужно точно писать с одним н, так как они имеют тот же суффикс –ян- «сделанный из такого-то материала), как и слова глиняный, песчаный, серебряный. А суффикс этот по общему правилу пишется с одной н.

Кроме того, считаю, что нужно пойти дальше и осуществить следующие реформы:

1. Сделать букву ё обязательной для написания во всех текстах. Ибо в орфографии, претендующей на звание фонетической, одна и та же буква не должна обозначать совершенно разных звуков в одних и тех же позициях: все/всё, ведро/вёдро, узнаем/узнаём. Наличие таких случаев говорит о необходимости использования разных букв для обозначения данных разных звуков. Кроме того, написание буквы ё предотвратит искажение произношения и/или ударения в словах типа берёста, афера, Приозёрск (который уже даже официально превратился в Приозерск).  В середине жаркого лета 2011 года на просторах интернета начало гулять предложение, показывающее, к чему может привести ненаписание буквы ё: В ближайшие дни страна передохнет от жары.

2. Писать слова што, штобы, конешно, помошник через ш согласно их произношению, как это делается в других кириллических славянских языках. Не совсем понятно, правда, что делать со словами типа скучно и яичница, которые половина носителей языка под влиянием орфографии уже произносит с [ч], а другая половина (в основном старшее поколение) ещё произносит с [ш].

3. Писать окончания прилагательных –ого, -его как –ово, -ево согласно их произношению: у Чорново моря. Странно, что реформа 1918 года отменила традиционное церковнославянское написание этих окончаний через а (даже под ударением — Толковый словарь живаго великорусскаго языка), но не отменила не менее традиционное и опять же  церковнославянское написание этих же окончаний через г.

4. Упорядочить отображение твёрдых и мягких согласных перед [э] буквами е и э в заимствованных словах, в именно: в словах с твёрдым согласным перед [э] писать только э (компьютэр, интэрнэт, фонэтика), в словах с мягким согласным перед [э] — только е (терминология, деспотия). У слов с варьирующим произношением допустить оба написания (браузэр — браузер).

«Аканье» отображать на письме не предлагаю, ибо это было бы уже слишком :)

Буду рад отзывам и комментариям.

Идея этого праздника зародилась в 90-е годы в Европе, в которой городской автомобилизм уже давно уступает место велосипедизму. С точки зрения европейцев, излишнее использование автомобилей в городе не только создаёт нежелательные пробки и делает движение более интенсивным (и, стало быть, более неудобным и опасным для каждого из его участников), но и загрязняет окружающую среду. К тому же ездить на автомобиле неэкономно с точки зрения платы за бензин и за обслуживание своего транспортного средства. Ездить на велосипеде куда проще и безопасней для себя и окружающей среды, при этом сохраняешь все преимущества личного автотранспорта (не надо ходить на дальние расстояния пешком, подолгу ждать автобуса и т.п.).

В России же автомобильная лихорадка, начавшаяся после распада СССР, продолжается по сей день. За последние пять лет она даже существенно усилилась благодаря распространению автокредитов — теперь своё авто могут купить и те, кто раньше не имел достаточного количества денег для единовременной уплаты за него. В результате пробки и сверхинтенсивное движение докатилось даже до самых маленьких областных центров, таких как Великий Новгород. Приехав сюда в 2004 году, я ещё застал времена, когда машин в городе было мало, а в 2006 году началось удивление по поводу того, что автобусы что-то долго стали доезжать до моста Александра Невского. Теперь же в районе 17-18 часов практически на всех магистральных улицах можно лицезреть неслыханный аттракцион человеческой жадности. Люди колются, жалуются, но продолжают жрать кактус едут с работы домой с трудом, через пробки, но снова и снова выезжают утром на своих машинах.

У нас не принято думать о загрязнении окружающей среды автомобилями, так давайте же хотя бы подумаем об элементарном удобстве и безопасности. Велосипеды, пешеходы и автобусы с гораздо меньшей вероятностью образуют пробки, сталкиваются друг с другом и с пешеходами, да и в случае столкновений последствия обыкновенно куда менее тяжёлые, чем у легковушек. Не говоря уже о том, что пользуясь указанными видами транспорта, значительно экономишь деньги — бензин стоит дороже, да и автомобиль при езде по городу потребляет топлива куда больше, чем за городом. Да, во многие места за городом без машины добраться трудно, поэтому наличие личного автомобиля всё же лучше его отсутствия. Но для перемещения в пределах города общественного транспорта, а то и простого велосипеда, для большинства случаев вполне хватает. Не каждый же раз нужно перевезти домой купленную стиральную машину или шкаф или же вернуться откуда-то поздно вечером, когда транспорт уже ходит плохо и вообще на улице чувствуешь себя не очень уютно. Поэтому хотелось бы, чтобы хотя бы в этот день владельцы легковых автомобилей попробовали обойтись без привычного железного коня — а потом выйти на магистральную дорогу и посмотреть, как легко и свободно стало на ней всем оставшимся. И понять, что от разумного, а не бездумного автомобилизма они же в первую очередь и выиграют.

Земле, моја всеплодьучаја мати!

Удивила орфография — шч вместо щ (кстати, более точно отражающая литературную украинскую норму произнесения [шч]), ју/ьу, ја, јі вместо ю, я, ї. Старая орфография времён нахождения Западной Украины в составе Австро-Венгрии?

Странно также написание міні вместо мені «мне». Или у этого слова сто с небольшим лет назад было другое произношение?

(В русском переводе:
Даст Бог я доживу увидеть как ты читаешь эти самые слова и твоё удивление и увижу как широко раскрываются твои тёмные глазки и рот раскрывается когда ты наконец поймёшь всю меру несправедливости которую мы бедняки ирландцы терпели в нынешнем веке. Какой непонятной и странной должна она казаться тебе и все грубые слова и жестокости о которых я теперь рассказываю остались далеко в старых временах).

Даже прямая речь ничем не выделяется:

I told Jem I was going to meet them.
Me too.
We wasnt finished tending to the pigs and chooks we did not care our feet was bare the ground were hard and rocky though we was used to it and run right through the Indian corn. Said Jem We’ll be whipped.
I don’t care.
I don’t care neither.

(В русском переводе:
Я сказал Джему что пойду навстречу.
И я.
Мы не кончили кормить свиней да босыми ногами да по твёрдой каменистой земле но мы были привыкшие и влетели прямо в кукурузу. Говорит Джем.
Ух и выдерут нас.
А мне всё равно.
И мне всё равно).

Сначала читать без знаков препинания было непривычно, но потом я вполне приноровился. Выходит, без пунктуации можно обойтись?..

Знаменитое русское выражение «малиновый звон» пришло к нам из Бельгии. Эту идиому русскому языку подарили карильоны Мехелена. По-французски этот город называли Малин, а звон карильона из Мехелена как раз и назвали «малиновым».

Краткую историю карильона — инструмента, представленного сотнями экземпляров в США и Европе и пока всего двумя в России, читайте в статье на сайте газеты «Взгляд». А вот карильон в действии:

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

А пока в Петербурге собираются установить третий карильон, в Великом Новгороде составлена предварительная программа Второй межрегиональной переводческой конференции Translation Strategies, а в Москве начинается подготовка к VI Московскому фестивалю языков. Оба события пройдут в конце октября.