Тайны японской омонимии

Все, кто хоть немного интересовался японским языком, знают, что одна из его главных характерных черт — жуткая омонимия. Например, kami может означать «бог» (как в слове камикадзе, буквально «божественный ветер»), «бумага» (как в слове оригами, буквально «сложенная бумага»), «волосы», а слово hashi — «мост», «край» или «палочки для еды» (пример фразы со всеми тремя словами — Hashi-o motte hashi-no hashi-o hashitta «Держа палочки для еды, бежал по краю моста»). Есть и ещё более омонимичные слова. Например, kyōkōкириллической записикё:ко:) может быть одним из нескольких десятков омонимов со значением «преступление», «решительное осуществление», «экономический кризис», «страх и трепет», «папа римский» и пр. Предположительно, именно по этой причине японцы так и не перешли со своих иероглифов на латиницу, хотя им настойчиво предлагали это сделать американцы, оккупировавшие Японию после окончания Второй мировой войны. Ведь иероглифы позволяют различать омонимы хотя бы на письме, ибо разные слова с одинаковым звучанием записываются разными иероглифами.

Однако в чём же причина такой дикой омонимии в японском? С английским или французским понятно, там в ходе многочисленных фонетических изменений совпали в произношении слова, которые исторически звучали по-разному. В японском же дело прежде всего в многочисленных заимствованиях из китайского языка, который для средневековой Японии был таким же письменным языком и языком науки, религии и образования, как латынь для средневековой Европы. Собственно, и иероглифы японцы тоже заимствовали у китайцев, дополнив своими слоговыми азбуками (каной). Однако китайский язык фонетически гораздо богаче японского, поэтому однотипные, но разные китайские слоги при заимствовании в японский вынужденно передавались одним и тем же слогом (например, китайские слоги kang, hang, kong, hong в японском обычно имеют вид ). Плюс к тому за прошедшую с момента заимствования тысячу с лишним лет произошло упрощение произношения слогов в самом японском языке, в результате чего даже те китаизмы, которые при заимствовании в японский звучали немного по-разному, в современном японском всё равно совпали в произношении. Вот здесь приводится показательный пример исторической эволюции произношения 45 омонимов, которые в японском произносятся одинаково как kōshō, а в старояпонском языке ещё различались в произношении в 10 разных чтениях (хотя уже тогда многие разные по звучанию китайские слова при заимствовании в японский произносительно совпали):
Читать далее…

Реклама

Почему Mitsubishi, но Мицубиси

Иногда народная энциклопедия Луркоморье (lurkmore.to) объясняет некоторые умные вещи куда понятнее и доступнее, чем Википедия. Именно благодаря Луркоморью я в своё время понял, почему японское shi передаётся в традиционной русской транскрипции (aka система Поливанова) как «си», а не как «ши» (Mitsubishi — Мицубиси). Аналогично и с другими слогами, содержащими зубные согласные:

shiВот что пишет об этом Луркоморье в статье «Система Поливанова»:

Транслитерация слога し (произносится [ɕi], либо как [ʃɪ], что на слух практически идентично) на русский: худшим вариантом тут является как правило «ши», потому что обычный человек прочтёт это как «шы» [ʂɨ], что звучит чересчур открыто и непалатализированно. Поливановское «си» [sʲi] расположено от [ɕi] и [ʃɪ] точно так же далеко как и анимешное [ʂɨ]. К слову, в средневековом японском языке было нормой слог せ произносить как «ше» (сейчас это «сэ»).

Некоторые выступают за использование такой транскрипции, как «щщи». Сказать прямо, «щи» — самая понятная для русского передача японского произношения и самая точная с точки зрения японской фонологии. Единственное отличие русского «щ» от японского звука — это то, что этот звук обычно растягивается в русском языке (щи — [ɕɕi]), в то время как в японском произносится кратко, обрывисто (し — [ɕi]).

Доводами противников системы Поливанова (киридзи) обычно являются заявления о том, что «японцы говорят по-другому», а именно с использованием шипящих. Контраргументами сторонников киридзи являются заявления, что так, как говорят японцы, не говорит больше никто, а вопрос в наиболее близком именно для русского (а не английского) языка варианте передачи. Впрочем, ни одного поливановца так и не удалось заставить писать «гэйся» и «рикися», а антиполивановца — «нинджа» и «джу-до». Система Поливанова является официальной в России, и любой иной способ транслитерации считается неверным.

В англоязычной традиции для транслитерации японских слов, имён и названий используется система Хэпбёрна (the Hepburn romanization system)