Вокзальная площадь

Есть в Великом Новгороде у вокзала площадь.

Т 25
Которая непонятно как называется. Серьёзно. Есть два варианта — Вокзальная площадь и Привокзальная площадь. Называют её то так, то эдак.

На Яндекс.Картах она Вокзальная:

vokz-pl
На Гугл-картах — тоже Вокзальная:

vokz-pl2


Однако если вы зайдёте ещё на один популярный ресурс электронных карт openstreetmap.org и наберёте там «великий новгород вокзальная площадь», вы там ничего не найдёте. Ибо OpenStreetMap знают только Привокзальную площадь:

privokz-pl
Зная, что карты Яндекса и Гугла — карты официальные, а OpenStreetMap, как и Википедия, редактируются всеми, кому не лень обычными пользователями, такими же как мы с вами — можно предположить, что официально площадь всё-таки Вокзальная, а Привокзальной она стала уже в народе. Читать далее…

Реклама

Региональные экзонимы

В топонимике есть понятие эндонимов (самоназваний) и экзонимов (названий извне). Например, Suomi или Deutschland — эндонимы, а Финляндия или Германия — экзоним. Но обычно об экзонимах говорят применительно к другим языкам. А мне тут подумалось, что можно говорить и о «региональных экзонимах», т.е. так, как называют, например, жители того или иного региона сами себя и как их называют жители других регионов.

Например, никакая сила не заставит живущих за пределами Вологодской области называть жителей Вологодчины «вологжанами», а не «вологодцами» (к слову, «вологодцев» вордовский спелчекер подчёркивает, а «вологжан» нет). Аналогично жители не Пензенской области вряд ли смогут заставить себя (и надо ли себя заставлять?) называть жителей Пензы «пензяками», а не «пензенцами». И вряд ли кто-то за пределами Архангельской области будет ломать язык об «архангелогородцев», скорее назовёт их по продуктивной модели «архангельцами». Образованных, специально говорящих по правилам, не берём, ибо они сознательно идут вопреки тенденции народного языка, как и когда произносят с нормативным ударением слово звони́́́́́́т или срéдства.

В принципе, теоретически данные названия могут вызывать такие же холивары между местными и неместными, как Беларусь/Белоруссия или в/на Украине — примеры противостояния эндонимов и экзонимов (вернее, стремления местных заменить в речи неместных экзонимы на эндонимы) в региональных вариантах русского языка.

Взвоз

Ох, велика ты, матушка-Россия, и топонимика твоя удивительно разнообразна. А у вас в городе только улицы, проспекты да переулки, в лучшем случае — съезды и тракты?..

Бабушкин взвоз на карте Саратова:

(

(с) openstreetmap.org

Расея, моя ты Расея, от Волги и до Енисея и дальше в обе стороны…

Таблички с прежними названиями улиц: опыт разных городов

Депутат Думы Великого Новгорода, один из лидеров общественного движения «Новый город» Константин Хиврич отправил мэру Юрию Бобрышеву обращение с просьбой рассмотреть возможность разместить на улицах города таблички с их прежними названиями.

С одной стороны, топонимическая ситуация в Великом Новгороде отличается от большинства других российских и постсоветских городов. Ведь если в других городах старинные названия обычно указываются у улиц, сохранивших до наших дней советские имена, то здесь в начале 90-х годов практически всем улицам в исторической части города были возвращены исторические названия. Казалось бы, зачем напоминать о том, что когда-то Большая Московская улица носила «уникальное» название проспект Ленина, а Людогощая не менее «уникально» называлась Советской?.. Однако не всё так просто.

Во-первых, названия некоторых улиц и до революции периодически менялись, и при возвращении исторических названий далеко не всегда улице возвращали то имя, которое она носила непосредственно до советского переименования. Например, улица Черемнова-Конюхова до революции носила название не Конюхова (это название было у неё в средние века), а Ефимьевская. Тогда почему улице вернули название Конюхова?..

Во-вторых, не все даже советские названия улиц были одинаково «штампованными». Помимо традиционных для советских городов проспектов Ленина и Гагарина, улицы Горького и Советской, Комсомольской и Большевиков, в Новгороде существовали и улицы, переименованные в честь личностей не менее достойных, но после возвращения исторических названий незаслуженно забытых вместе с увековечивавшими их названиями улиц. В качестве иллюстрации Хиврич приводит пример Тихвинской улицы, которая в советском Новгороде носила имя ныне далеко не всем уже известного космонавта Комарова:


Ну и в-третьих, то, что верно для городов с сохранившимися советскими названиями улиц, верно и для Новгорода с его возвращёнными историческими названиями: таблички с указанием всех существовавших за историю города названий его улиц наконец примирят между собой сторонников советских и исторических названий. И исключит возможность повторения ситуации, когда из-за стремления угодить «и нашим, и вашим» пытаются совместить старые и «новые старые» названия улиц в громоздких двухэтажных монстрах: Черемнова-Конюхова, Мерецкова-Волосова, Каберова-Власьевская, Тимура Фрунзе-Оловянка, Телегина-Редятина… Ну и, конечно, площадь Победы-Софийская (да, именно так официально называется главная площадь Великого Новгорода).

Теперь посмотрим, как всё это осуществляется на практике в других городах. Фото взяты отсюда. Читать далее…

Город новоторов

Родной язык не перестаёт удивлять. Не успеешь привыкнуть к тому, что жители Вологды вместо «вологодцев» гордо имеют себя вологжанами, жители Старой Руссы — рушанами, а жители Архангельска — архангелогородцами, как нá тебе новый сюрприз…

torzhok

«— У меня есть знакомая новоторка…
— Кто-кто?..»

Видимо, новоторы — от прежнего названия города Новый ТоргТоржок — не что иное как уменьшительное от того же Торг).

Кстати, Торжок — единственный посещённый мною город, в котором реально было страшно ходить пешком по улицам, кишащим непонятным алкоконтингентом средь бела дня, и для перемещения между вокзалом, центром города и монастырём на окраине города не было жалко никаких денег на такси. А вот Артемию Лебедеву, который ездил туда на машине, Торжок понравился. А вы говорите — почему наши чиновники искренне не замечают городских проблем, ну-ну :)

Зато там есть своя транспортно-архитектурная изюминка — деревянное здание автостанции. Своего рода ответ Тверской области деревянному железнодорожному вокзалу в Боровичах.

IMG_7786

Артемий Лебедев и станция Тропарёво

Известный дизайнер и блогер Артемий Лебедев похвастался в своём блоге тем, что именно его студия разработала надписи для новой станции московского метро «Тропарёво».

(с) tema.livejournal.com

Красиво сделано, спору нет. Вот только есть одна интересная деталь: в названии станции присутствует буква Ё (написано именно «Тропарёво», а не «Тропарево»), хотя сам Артемий Лебедев является убеждённым противником этой буквы. Вот что он пишет о седьмой букве русского алфавита в одном из параграфов своего «Ководства» — сборнике советов для дизайнеров:

Ё — недобуква. Это буква е с диэрезисом (умляутом, тремой, двумя точками сверху). Использование ё везде — насилие над читателем.

Диакритические (надстрочные) знаки над е совмещают роль помощника в случаях разночтения (осел/осёл) с ролью ударения (которое всегда падает на ё). Другие омографы в русском языке прекрасно выживают с обозначением одного только ударения (зáмок/замóк). А значение каких-то слов вообще без контекста не понятно (лук/лук — репчатый и со стрелами), что не является поводом пририсовывать к ним что-либо.

Так ли тяжело нам живется без ё? Мы говорим и пишем Депардье (вместо Депардьё), Рерих (а он чистый Рёрих) и Рентген (который на самом деле Рёнтген), не страдая ни секунды. В то же время все знают, что Гете — это Гёте.

Взрослые люди вполне справляются с чтением и знают, как произносятся слова. В книгах для дошкольников ставят ударения и пишут букву ё, чтобы ребенок научился правильно читать. Взрóслый, как прáвило, спотыкáется при чтéнии подóбных упрощённых тéкстов.

Правило. Ё должна использоваться: в случаях возможных разночтений; в словарях; в книгах для изучающих русский язык (т. е. детей и иностранцев); для правильного прочтения редких топонимов, названий или фамилий. Во всех остальных случаях наличие буквы ё только затрудняет чтение. Она плохо выглядит, зато хорошо звучит.

Остаётся загадкой: то ли Артемий Лебедев посчитал Тропарёво «редким топонимом», произношение которого нужно уточнять, то ли несмотря на свои убеждения он всё-таки решил, что официальное «парадное» название станции без Ё будет не комильфо. В любом случае, не-потерю буквы Ё в названии станции уже заметили и оценили. Вот о новой станции пишет урбаноблогер Аркадий Гершман (aka gre4ark):

jo-v-troparjovo

Интересно, что в пост в блоге Артемия Лебедева, где он рассказывает о новой станции (и приводит картинки с её названием с буквой Ё), озаглавлен «Тропарево», без Ё. В своём личном пространстве Тёма остался верен себе.

tema-troparjovo
Наверное, каждый из нас хотя бы иногда в жизни проявляет — или бывает вынужден проявлять — непоследовательность по отношению к собственным убеждениям. Вот я не люблю Москву и Петербург как города для жизни и категорически не хочу в них жить — и тем не менее очень болею за их маршруты наземного транспорта и радуюсь трамвайному маршруту с современным комфортным подвижным составом в Петербурге. Новым трамваям Pesa в Москве тоже радуюсь, хоть их пока и не видел.

Михаил Горбаневский: Географические названия нужно уважать (перепост)

Оригинал статьи на сайте переводческой компании «Транс-Линк» >>

Текст: Катерина Беленкина /в сокращении/

Географические названия, будучи в первую очередь инструментом навигации, надолго укореняются в памяти. До сих пор можно услышать из уст представителей старших поколений: улица Горького, площадь Ногина, город Жданов и многое другое. Доктор филологических наук, председатель правления Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам Михаил Горбаневский рассказал о том, как именно происходило массовое возвращение географических названий в конце 80-х — начале 90-х годов.

- Кем и когда впервые была поднята тема возвращения исторических названий?

- Обсуждение восстановления исторических названий началось фактически с перестройкой. В средствах массовой информации начали робко появляться первые публикации на тему того, что нас окружают такие географические названия, которые, прежде всего, неудобны в произношении и использовании. Например, что такое «улица 26 Бакинских Комиссаров»?! Понятно, что в устной речи их стянули до «Бакинских Комиссаров» или вопроса в автобусе: «Вы на Комиссарах выходите?». Но многокомпонентные сочетания не могут успешно выполнять функцию географических названий. Потому что основная функция названия, конечно же, адресная — своеобразная визитная карточка, а вторая функция тезаурусная, или кумулятивная. Она накапливает опыт поколений, сведения историко-культурного характера, хранит ассоциативный фон, связанный как с историей, так и со старинными словами, вышедшими из употребления. С этой точки зрения названия являются не менее ценными памятниками истории, культуры, языка, географии, чем памятники археологические, литературные, архитектурные или изобразительные.

Как и археологические памятники, названия очень часто имеют несколько слоёв, иногда они видоизменённые. Например, Лубянка — это не московское название, оно было перенесено из Великого Новгорода, где существовала улица Лубяница. Это произошло после присоединения Новгорода и Пскова к Москве, когда московские цари повелели переселить сюда около двухсот семей крупных новгородских бояр, чтобы лишить новгородскую землю оппозиции Кремлю и изъять очаг «диссидентства». Их поселили в Москве в районе Пушечного двора, там, где сейчас здание «Детского мира». А любые переселенцы очень часто в память о родных местах приносили с собой географические названия: например, на карте Америки несколько Санкт-Петербургов и топонимов Одесса и Москва. Поэтому, когда новгородцы переехали сюда, они сами назвали улицу Лубяница, но москвичи в устной речи переделали новгородское название в более привычный для них вид — Лубянка (как Стромынка, Ильинка, Варварка).

И вот пришёл Горбачев, началась перестройка, и появилась возможность сначала об этих топонимических темах публично говорить. Читать далее…