Сравнение шипящих в европейских языках и не только

Решил тут сравнить по Википедии шипящие согласные в основных западноевропейских и славянских языках, а также в паре неевропейских языков, которыми интересовался. Использовал статьи «Russian phonology», «German phonology» и т.п. для соответствующих языков.

Оказалось, что дефолтный вариант для шипящих [ш], [ж], [ч], [дж] — это всем известные по английской фонетической транскрипции полумягкие [ʃ], [ʒ], [tʃ], [dʒ]. Именно такой вид имеют шипящие во всех основных европейских языках (английский, немецкий, итальянский, испанский, французский, португальский, румынский) и в большинстве основных славянских языков (чешский, словацкий, сербохорватский, болгарский); в турецком шипящие тоже имеют такой вид. Именно поэтому на русский слух во всех перечисленных языках [ш] и [ж] звучат несколько мягче привычных русских твёрдых (но не до полной мягкости), а [ч] — наоборот, несколько твёрже привычного русского мягкого (но не до полной твёрдости). Исторически именно этот полумягкий вариант был дефолтным для всех германских, романских и славянских шипящих вообще, когда они образовывались из заднеязычных [г], [к], [х] в результате палатализации.

В восточнославянских языках и в польском, однако, шипящие [ш] и [ж] отвердели до звуков, обозначаемых в Международном фонетическом алфавите (МФА) иначе: [ʂ], [ʐ]. А вот судьба шипящих аффрикат [ч] и [дж] оказалась разная.

— В русском аффриката [дж] вообще исчезла, упростившись до ж или заменившись церковнославянским жд (ср. белор. нараджаць, укр. народжувати — русск. рожать, рождать), а полумягкое [ч] смягчилось до крайне мягкого [tɕ]. Историческое звукосочетание [шч] перешло в максимально мягкое долгое [щ] ([ɕ:]), в других упомянутых языках оно осталось в виде шч (полумягкое [ʃtʃ] в украинском, твёрдое [ʂtʂ] в белорусском и польском).
— В украинском [ч] и [дж] сохранили интернациональное полумягкое звучание [tʃ], [dʒ], а [ш] и [ж] отвердели до [ʂ], [ʐ], сохранив, однако, интернациональный полумягкий вариант [ʃ], [ʒ] в качестве мягких аллофонов перед i в словах типа нашi, жiнка¹.
— В белорусском и польском полностью отвердели вообще все шипящие: и ш [ʂ], и ж [ʐ], и ч [tʂ], и дж [dʐ] (орфографически sz, ż, cz, dż соответственно).²

Особый случай представляет собой сербохорватский язык, где при всегда полумягких [ʃ] и [ʒ] русскому [ч] в зависимости от его фонетического происхождения может соответствовать либо интернациональный полумягкий [tʃ] (орфографически č/ч) либо «русскоподобный» чисто мягкий [tɕ] (орфографически ć/ћ): русск. вечер — сербохорв. večer/вечер (твёрдый), но русск. вече — сербохорв. veće/веће (мягкий).

Напоследок упомянем японский язык, который замечателен тем, что тамошние sh-, ch- хоть и пишутся как английские, но произносятся иначе и произносительно практически полностью соответствуют русским [щ] (в кратком варианте)* и [ч]: [ɕ], [tɕ] (т.е. заметно мягче английских [ʃ], [tʃ]). Объясняется это тем, что японские шипящие, как и мягкие польские², происходят от палатализации зубных [t], [d] и часто чередуются в рамках форм одного слова или однокоренных слов: desu «быть, являться (кем-чем-л.)» — deshita «был, являлся», hanas«говорить» — hanash«разговор»**.

Upd.: При обсуждении темы в «Типичном Лингвомане» выяснились некоторые уточнения и дополнения:

  1. В немецком [ш] гораздо твёрже, чем в английском и других европейских языках, т.е. немецко-английские пары Schau-show, Scham-shame произносятся отчётливо по-разному.
  2. В сербохорватском [ш], [ж] на самом деле такие же твёрдые, как и в русском.
  3. Китайский (литературный)  — ещё один язык, в котором [ш] и [ж] совпадают с русскими, такие же твёрдые, т.е. в китайском Shànghǎi начальный звук читается так же, как в русском Шанхай.

________
¹ Следует обратить внимание на то, что в украинском шипящие ж, ш, щ, ч, ц смягчаются перед i, ю, я (нашi, очi, жiнка, збiжжя, обличчя, полуниця) не полностью, как другие согласные, а лишь наполовину.

² В польском параллельно с твёрдыми шипящими [ʂ], [ʐ], [tʂ], [dʐ] присутствуют и полностью мягкие «как в русском» [ɕ], [ʑ], [tɕ], [dʑ] (орфографически — ś/si, ź/zi, ć/ci, dź/dzi), но они имеют другие происхождение — результат «ошипящивания» мягких зубных согласных [с’], [з’], [т’], [д’]. Ср. русск. себя, земля, тень, день — польск. si[ɕ]ebie, zi[ʑ]emia, ci[tɕ], dzi[dʑ].

³ В сербохорватском твёрдый [ч] происходит из *kj, мягкий — из tj. Ср. večer/вечер — литовск. vakaras; veće/веће — от слав. корня вѣт— «говорить», встречающемся в русских словах привет, ответ, совет. В западнославянских языках этим звукам соответствуют [ч] и [ц] соответствено, напр. польск. wieczór, чешск./словацк. večer «вечер» — польск./чешск./словацк. noc «ночь».

* Тем не менее, в традиционной системе передачи японских слов в русском языке (системе Поливанова) shi и chi записываются как си и ти (Mitsubishi — Мицубиси, ichi — ити «один») — отчасти из этимологических соображений, отчасти из-за того, что shi в точности не соответствует ни русскому ши (т.к. там и [ш] твёрдое и и фактически представляет звук [ы]), ни русскому щи (т.к. в русском щ долгий, а в японском sh краткий). Поэтому многие японисты и япономаны принципиально говорят по-русски суси, а не (sushi). А вот слог chi вполне соответствует русскому чи и мог бы записываться так.

** Впрочем, многие японцы произносят вместо литературного shi диалектное si с обычным смягчённым [s’].

О восточнославянских фамилиях

Читаю тут учебник по ономастике (науке об именах) моей бывшей преподавательницы Татьяны Викторовны Шмелёвой (кстати, выступавшей в этом году на Новгородском фестивале языков). Всё очень интересно и доступно изложено и читается на одном дыхании. Вот, например, пассаж о восточнославянских фамилиях:
shmeljova-onomastika

К собственно русским фамильным формантам примыкают иноязычные по происхождению, но распространённые в русском обществе украинские суффиксы -ко, -(ен)ко и -ук (юк), первоначальное грамматическое значение которых 'маленький', а затем 'сын того, кто назван корнем'. Так, Петренко – это маленький Петро, или сын Петра (ср. русский суффикс -ёнок в значении 'детёныш': котёнок и чертёнок, а также слово дитятко), а Федосюк – сын Федоса (ср. русскую фамилию Федосов). В белорусских фамилиях закрепились как фамильные форманты суффиксы «дитя» -ёнок – Тарасёнок; отчества -ович (евич): Мицкевич, Адамович¹.
<…>

Для нестандартных фамилий важна их форма: если они напоминают русские существительные мужского или женского рода (Фридман, Петросян, Окуджава, Куросава), то они склоняются, когда речь идет о мужчинах, и не склоняются, когда речь идёт о женщинах. Ср.: статья Сергея Брутмана, песни Окуджавы, фильмы Куросавы и письма Ольги Фрейденберг. Все остальные нестандартные фамилии не склоняются ни в одном из родов: с Алексеем Петренко и Алёной Приходько, с Махатмой Ганди и Индирой Ганди. В результате фамилии создают значительное по объему поле неизме- няемости, поддерживая тенденцию к аналитизму в изменении русского языка, отмеченную в XX столетии. О том, что она сформировалась именно в это время, говорят многочисленные факты склонения фамилий в текстах
XIX века, приведённые в книге Л. П. Калакуцкой: даже в конце века писали: обратились к Никитенке, повесть Сергеенки, поклон Иваненке.

___________________________

¹ Считается, что распространённый в польских фамилиях суффикс -icz (Mickiewicz, Tomaszewicz) заимствован из восточнославянских языков, иначе восточнославянскому [ч] в нём бы закономерно соответствовало западнославянское [ц], т.е. суффикс имел бы форму —ic. Ср. сербское -ић, где -ћ [ч’] соответствует западнославянскому —c [ц], но не —cz [ч]: ноћ — noc «ночь», већ — więcej «больше».

«Не про тебя!»

Не первый и не последний пример того, как инославянские языки открывают глаза на родной. Меня всегда удивляло странное употребление предлога про во фразах типа «Хороша она, да не про тебя!» Всё становится на свои места, когда узнаёшь, что в чешском языке предлог pro означает «для» (čeština pro cizince «чешский (язык) для иностранцев»).

«Пази на воз»

Проблема взаєморозуміння слов’янських мов цілком вигадана.
Из одной личной переписки

Все славянские языки суть диалекты друг друга? Ну-ну… Даже если не брать тексты, специально написанные как непонимаемые для носителей соседних языков (перевод, если интересно, тут), то некоторые надписи вообще кажутся то ли бессмысленным набором слов на родном языке, то ли просто бессмысленным набором слов.

Вот тут, например, нашёл такую интересную табличку:


На первый взгляд кажется, что это какая-то бессмысленная «глокая куздра» на русском. Лишь приглядевшись, можно заметить несвойственную для русского языка букву J, позволяющую предположить, что это, скорее всего, сербский. И действительно, это сербская табличка на переходе через железнодорожные пути, означающая «Берегись поезда (буквально «Смотри на поезд»), не трогай ограждение!» А мне, не знающему сербского, почему-то казалось, что Не дирај браник должно означать что-то типа «Не дёргай тормоз» :)

А с белорусского вот эту социальную рекламу переведёте, никуда не заглядывая?

Усесть

В русском языке есть глаголы сесть и усесться.

В польском — только глагол «усесть» (usiąść) в значении «сесть»:
Proszę usiąść. = Садитесь, пожалуйста (буквально: «Прошу сесть»).

«Пишите на родном языке»

Иногда понятнее, когда каждый из общающихся между собой носителей взаимопонимаемых языков говорит или пишет на родном.

Я болгарский не изучал и потому понимаю тексты на нём туговато. Однако болгароязычный ответ на данный комментарий на уровне общего смысла вполне понятен, даже несмотря на наличие отдельных непонятных русскоязычному слов. Значение некоторых из них, кстати, вполне угадывается по контексту и ассоциативно, например влак «поезд», т.е. «то, что волокут/влачат».

2

А непонятые фразы можно уже затолкать в Гугл-переводчик :)

Про сербскую и хорватскую тысячу

Помните ролик про «сербско-хорватско-боснийско-герцеговинско-чёрнско-горский словарь»? Вот ещё анекдот на тему сербско-хорватских языковых различий, взятый отсюда.

Садится к белградскому таксисту хорват. Приехали в нужное место, хорват спрашивает:
— «Колико сам дужан?» (Сколько я должен? сам = есмь)
— «Хиљаду динара» — говорит таксист. (Тысячу динаров. хиљада (серб.) = тысяча, из греческого χιλιάς, род.п. χιλιάδος)
— «Колико је то у тисућама?» — спрашивает хорват. (Сколько это в тысячах? тисућа (хорв.) = тысяча)
Таксист, как из пушки:
— «Пет тисућа!» (Пять тысяч!)