Интервью Святослава Мурунова в Кирове (перепост)

Я уже делал перепост одной статьи урбаниста Святослава Мурунова «Люди, имеющие право на город». Сейчас мне на глаза попалось ещё одно его интервью, которое я с удовольствием публикую с сокращениями.

Оригинал интервью на 7×7-journal.ru >>

Урбанист Святослав Мурунов: Сейчас каждый город конкурирует со всеми городами мира, и Россия в этом плане резко отстает

На прошлой неделе в Кирове состоялся форум городских сообществ, модератором и спикером которого выступил руководитель Центра прикладной урбанистики Московской высшей школы социальных и экономических наук Святослав Мурунов. Именно он «перезапускает» российские города: создает технологии, объединяет городские сообщества не только в регионах, но и по стране. Все для того, чтобы сделать город удобным для проживания. Корреспондент «7х7» пообщался с урбанистом и выяснил, как городские сообщества могут влиять на среду, почему власти все еще не понимают их мотивов и кто должен вести с ними диалог, и узнал о том, как подобный форум поможет городским активистам.

Святослав Мурунов «окунулся» в урбанистику в 2000 году после того, как побывал на тренинге эксперта по территориальному и городскому развитию Вячеслава Глазычева. Позже в Пензе создал первый творческий кластер в стране, куда входили рекламное агентство, дизайн-студия, аудио- и киностудия, цех по производству, брендинговое агентство, фотостудия. В городе Святослав Мурунов провел масштабное исследование о том, какие проблемы волнуют жителей (анкетирование и глубинные интервью). По его словам, это дало возможность понять, что потенциал развития города в людях, а самый недооцененный капитал городов это их история. Свой опыт он стал «упаковывать» в методологии и образовательные проекты, связанные с анализом и развитием городов, чем и занимается последние три года.

«Запрос на историю и ее понимание»

Форум городских сообществ это попытка объединить гражданских активистов, чтобы те могли влиять на развитие города. Думаете, удалось?

— Дело в том, что в наших городах не хватает субъекта, который был бы за жителей, за горожан и думал об общечеловеческих понятиях, таких как: чистота, красота, добрососедство, взаимовыручка, будущее, образование, культура и так далее. И городские сообщества, которые есть в городах, — это наша последняя надежда. Причем неформальные городские сообщества, у которых нет ни юридического статуса, ни постоянного помещения, ни вывески на улице. Узнать, что в городе есть неформальные сообщества, прогулявшись по нему, невозможно. Именно эти сообщества самоорганизованы, ими никто не управляет, и никто не контролирует их деятельность. Люди сами собрались и что-то делают не за деньги. Как раз форум смог помочь самим сообществам разобраться в том, что они не одни, понять, что у них есть общие проблемы. В притирке с другими, городское сообщество будет понимать, кто оно. Но пока оно существует в вакууме по принципу «есть только я, я чем-то занимаюсь и больше никого не знаю» — у него нет развития.

За последние три года вы объехали 300 российских городов, проводили образовательные проекты и изучали городские сообщества. В чем, по-вашему, заключается главная проблема развития российских городов?

— В нашей стране нет постиндустриальной человекоориентированной экономики. Такая экономика строится на культуре, образовании и на длинном взаимодействии. Задача художника — вдохновлять дизайнеров и инженеров, которые получали бы от локальных групп или бизнеса запрос и превращали бы его в реальное технологическое решение. Почему в стране за последние 30 лет нет ни одного примера нового массового продукта? На самом деле те, кто принимает решения, все еще думают ресурсами — лесом, землей, железной дорогой, станками. А активное поколение хочет жить другим, ему нужны другие смыслы, и они хотят быть востребованными там, где живут, и одновременно — и в мире. Сейчас каждый город конкурирует со всеми городами мира. И Россия в этом плане очень резко отстает. Молодежь уезжает из-за того, что здесь теряются смыслы, город перестает быть уникальным: нет ни интересной работы, ни будущего. Это умирающая среда. Вопрос «А что дальше?» сразу встает ребром, и тут творческая личность чувствует, что она что-то может, и едет туда, где может себя реализовать. Совсем недавно опрос показал, что 40% одиннадцатиклассников хотят работать в творческих индустриях, кто-то маркетологом, дизайнером, инженером. Произошел тектонический цивилизационный сдвиг, и в Кирове это очень сильно почувствовалось.

Умирающую среду можно каким-то образом восстановить?

— На самом деле, все зависит от нас. Да, мы не можем сейчас политическими инструментами изменить ситуацию в стране. Но само государство загнало себя в управленческую ловушку фактически при попытках контролировать все — оно остановилось в своем развитии. Потому что контроль — это не про развитие, это про сохранение чего-либо, но если вы хотите развиваться — вам нужно разрешать. А у нас Госдума принимает по 400 запрещающих законов — о каком развитии мы говорим? И понятно, что жизнь идет здесь и сейчас. То есть я не хочу жить через 20 лет хорошо и вряд ли буду при такой сложившейся ситуации. Сейчас кризис везде: в образовании, городской среде, городском планировании, экономический, культурный и прежде всего ценностный. И это очень серьезно. И чтобы это изменить, нужны другие инструменты.

Курс на диалог, общие цели и ценности

В марте вы создали Центр прикладной урбанистики, или по-другому горизонтальную структуру, которая призвана объединить все городские сообщества по стране. Это и есть тот самый «инструмент спасения» для России?

— Сеть городских сообществ — это фактически субъект, который не через протест, не через огульную критику и конфронтацию, а через культурную созидательную деятельность может воспитать новые ценности, передавать их жителям, чиновникам и бизнесменам. Именно эта новая ценностная смена позволит городам перезагрузиться. Уже и деньгами пробовали города перезапустить и сменой управленческих команд — не получается, нужен городской диалог, а для этого нужны горожане. На форуме у нас были самые активные горожане, и они познакомились и начали диалог.

Но на форуме городских сообществ не было представителей ни бизнеса, ни власти. Диалог получился только внутри сообществ?

— Дело в том, что форум не для них. Они, конечно, приглашаются в качестве партнеров всегда. В начале форума они послушали лекцию и поняли, что здесь происходит что-то уникальное и интересное, но немножко не про них. Сейчас задача городским сообществам Кирова на регулярной основе начать заниматься городом в широком смысле этого слова. Не по отдельности делать каждый свое, а при любой ситуации и возможности пытаться сделать что-то вместе. Тогда в городе все остальные: и бизнес, и власть почувствует, что появился еще кто-то. Тот, кто говорит про то, что нужно создать парки, перезагружать школы, сохранять исторические дома, потому что Киров — это идентичный город. Сейчас города стирают, сносят старые дома и строят новые торговые центры. А молодежь говорит: «Чем же мой город отличается от соседнего? У домов нет истории, а у города — идентичности».

Но все-таки на лекции вы говорили, что нет диалога между системами: ни между бизнесом, ни властью, предприятиями и городскими сообществами. Получается, последние и должны его налаживать с остальными?

— Больше некому! Бизнес частично во власти через городскую думу, частично — в своих проблемах: экспортирует капитал за границу, потому что не верит в будущее этой страны. Диалог нужен тем, кто без ресурсов и без влияния и у кого самые сильные ценности: человекоориентированные. Вот Ярославль, Ижевск, Новосибирск, Калуга, Краснодар — это города, которые уже сейчас демонстрируют, что через диалог, упорство и через умение не скатываться в критику, через умение каждый раз начинать как будто с белого листа и не переходить на личность может действительно куда-то двигаться, и это уже хорошо.

Можно ли сказать, что ваша глобальная цель сформировать идентичность городов?

— Наша задача, чтобы Киров, Пермь, Ярославль, Екатеринбург, Новосибирск, Москва и Санкт-Петербург начали понимать друг друга, заново открывать. В общем, запустить такое переоткрывание городов. Мы сейчас не знаем, где мы живем. У нас есть официальные новости, которые не про нашу страну, как будто здесь нет 144 млн человек и здесь нет 1 200 городов!

Чтобы городам понять и в них городским сообществам понять, чем они отличаются от других, нужно взаимодействие. Если комплексно собрать, чем один город отличается от другого, — это очень фрагментарные знания, ну культурологи, музеологи, социологи чуть-чуть знают, но системы знаний о городе не существует. Все потому, что никто в этом не был заинтересован и никто не знает, как это делать.

Задача Центра прикладной урбанистики в том числе — пересобрать города, дать городам возможность обмениваться между собой успешными технологиями, потому что за этим подтянется бизнес. Ведь и бизнес сейчас тоже друг друга не знает, он занимается только копированием. И это возможность сделать сетевую модель в масштабах страны.

Запрос на город

— Где вы еще проводили форум городских сообществ?

— Первый форум городских сообществ прошел в Пензе. Как раз там мы отрабатывали технологию создания сетевого взаимодействия между сообществами. В оргкомитет форума вошли представители бизнеса и институализированных НКО, которые испугались хартии городских сообществ и решили, что это попахивает политикой. Я говорю: «Мы делаем из этого действительно субъект или что?». И в итоге, как я понял, губернатор был очень против того, чтобы в городе появился этот субъект. Хотя сейчас его не хватает. Мэр города говорит: «Слушайте, мне нужны жители, чтобы с ними о чем-то договариваться». А их теперь нет, вы испугались институализации и фактически взяли под контроль часть городского сообщества. Дело в том, что там правительством был создан ООО «Центр инноваций социальной сферы», который превратили лишь в коммуникационный проект. Если раньше городским сообществам Пензы удавалось сохранить парк от застройки, делать интересные фестивали, то сейчас это превратилось в псевдодеятельность с уклоном на коммуникации — форум или конференция. Сквер на улице Володарского в Пензе так и был снесен, и никто даже не зароптал. Когда я приехал, было уже поздно спасать.

Власть боится образования таких локальных сообществ?

— Боится и не понимает мотивов городских активистов. Они думают, что гражданские активисты хотят быть чиновниками. Власть видит только конкурентов. Чиновнику даже помыслить тяжело, что эти люди хотят жить немножко в другом городе, хотят по-другому развиваться. И поэтому, как только у гражданских активистов начинает что-либо получаться, власть создает симулякр, который имитирует их деятельность, и пытается разными способами развалить сообщество. Я конкретно пришел к губернатору и спросил: «Вы хотите, чтобы я уехал?». Он сказал: «Да я хочу, чтобы здесь все подрались и ты уехал». На тот момент мне не хотелось тратить время на конфликты, и я решил уехать в Москву, тем более в то время мы уже работали в разных городах страны.

Администрация в городах боится, на самом деле, и правильно боится создания серьезных локальных сообществ. Потому что они начнут предъявлять требования и запрос на город, а проще городом не заниматься. Проще говорить: «У вас ничего не получится, денег нет в бюджете, и все». Когда же появятся активные горожане, то они перезапустят эту систему городского управления. Поэтому сейчас этот процесс сдерживается в России. Но чиновники понимают, особенно федеральные, что все: все ресурсы развития наша страна исчерпала. Понятно, что исчерпала, в том числе благодаря не совсем правильной внешней политике. А сейчас еще будет технологическая революция, и нефть окажется никому не нужна, и мы приплыли. Хочется, чтобы мы стали полезными сами себе, а за счет этого могли бы быть интересны и миру, могли что-то предложить и экспортировать. Не с точки зрения ресурсов, а с точки зрения технологий и новых принципов.

Но это перезапуск с помощью горожан, внешней силы, а изнутри в департаментах, в самой системе можно ли что-то изменить?

— Вопрос в том, что чиновники приходят в народ и говорят, что он во всем виноват. Когда ты становишься чиновником, ты перестаешь быть личностью. Ты становишься частью системы. Даже у Капкова [бывший руководитель Департамента культуры в Москве] не получилось. Хотя он собрал команду и системно работал, много что получилось, но все равно вся остальная система: ЖКХ, строительство и так далее говорили: «Слушай, дружище, нет, что-то ты сильно меняешь нам пространство, и парки-то хотелось бы давно застроить и парковочки там бы сделать, нам же некуда развиваться, нам же хочется осваивать бюджет на строительство. А ты своими парками людей взбаламутил. И они сейчас будут на митинги выходить, если мы начнем их сносить». В принципе, система перемалывает. Почему? Потому что у государства нет заказчика, и из-за этого оно ведет себя как параноик, делает все что хочет и вообще не понимает, что делает. А заказчики у государства — это жители. Жители не самоорганизованы, они все время патерналировали. Им говорили: «Ребята, вот вам деньги и телевизор, маленькая пенсия, дешевая водка — все». И воспитали людей, которые, в принципе, хотят и могут жить по-другому, но не знают, как.

На какой опыт вы основываетесь, или «перезапускаете» российские города с нуля?

— Мы изучаем европейский опыт, но дело в том, что европейские сообщества имеют очень длинную историю. У них даже забылось, как это — с нуля создавать сообщество. Есть серьезная преемственность, институализация разных дворовых, уличных и районных сообществ. Мы изучаем их опыт с точки зрения того, к чему создание сообщества может привести. Так, если будет сильное локальное сообщество по месту жительства, то в городах будет сильная обратная связь.

То есть если у нас интересы жителей будет представлять депутат, который не просто там самоназначился, а его назначили в результате тесного взаимодействия с жителями, реализацией совместных локальных проектов, то такая связь возникнет. Европейские города— это сложнейшие элементы обратной связи: там много кто на кого влияет, им даже иногда плохо и они не могут развиваться, потому что очень много сообществ. Уже сложнее договариваться, вроде все правы, что делать дальше. Из-за этого, кстати, многие города встали в развитии: много субъектов, которые позволяют устойчиво существовать, но как двигаться дальше? Нужны вызовы, форсайт-технологии, как думать о будущем. Европейский опыт понятен, как и американский и английский, но хочется российский опыт создавать с нуля, потому что у нас этого ничего нет. У нас нет понимания, как создать дворовые сообщества с нуля. Есть методички и технологии, которые мы в ручном режиме пока передаем, потому что нашу образовательную программу, серьезную магистерскую, запустим только осенью.

«Если проблема в главном архитекторе меняйте его»

Вы были в Кирове на дизайн-выходных весной 2014 года и в этом году. Что скажете о городской среде?

— Как и во всех российских городах, здесь сложная городская ткань — большое количество заборов и промзданий, красивая архитектура сохранилась, но где-то руинируется, где-то завешана баннерами; и новая архитектура появилась, которая абсолютно не уникальна. Меня, конечно же, расстроили ваши «высоточки» в невысоких кварталах: сразу портят вид города своим нечеловеческим масштабом. С точки зрения городской среды и новостроек —заборы, спиленные деревья, рынок из 90-х годов, много проводов, которые загораживают небо. Невозможность попасть к реке в новостройках. Стоят баки для раздельного сбора мусора, но в них никто раздельный мусор не собирает — это очень сильно поразило и удивило. Если вы внедряете технологию, то почему она не работает? Ее делали для галочки или действительно этим озаботились. Это серьезнейшая проблема: много мусора, много сгоревших домов, которые ткань города не красят.

Киров, кстати, совсем не туристический город.

— Смотреть здесь есть на что, но это настолько разбросано по городу и нет никакой гармонии, что, конечно, ты сюда не поедешь. Много других мест, например, тот же Нижний Новгород выигрышнее смотрится, потому что есть исторический центр. Почему Екатеринбург интересно воспринимается? Потому что там много центров: конструктивизм, дореволюционный, советской истории, современность.

Конечно, очень важно, чтобы была градостроительная политика и воля. Чтобы кто-то сказал, «слушайте ну давайте наш город делать комфортным», и это слово «комфортный» расшифровать, потому что чиновники очень любят слово «комфортная среда», «социальный капитал», но они, к сожалению, не понимают с точки зрения параметров и технологий, что это такое. И вот тут городские сообщества могут им сказать, что такое комфортный город.

Если проблема в главном архитекторе, меняйте его, создавайте общественный запрос —нужен ли нам главный архитектор, который не хочет разговаривать с горожанами? Кто заказчик для главного архитектора — девелопинг? Вот мы и получаем, что город разрушается.

Мне кажется, что Киров сидит на богатстве, прежде всего, человеческом. Я пообщался с художниками братьями Дорофеевыми, с людьми на форуме и понял, что идентичность Кирова заключается именно в очень сильных личностях, но очень стеснительных. И поэтому вы не выходите на уровень страны. И мало кто о вас знает, но это позволяет вам за счет внутреннего стрежня развиваться очень быстро, интересно и черпать откуда-то энергию. У всех гражданских активистов, с которыми я на форуме общался, есть вера в лучшее, свои принципы, желание делать реальные действия, и это делает вас таким уникальным городом.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: