Максим Кронгауз об орфографии

samouchitelj-olbanskogo

Недавно купил новую книгу выдающегося современного лингвиста-популяризатора Максима Кронгауза (которого мне уже доводилось цитировать в этом блоге) «Самоучитель олбанского». Читая её, натолкнулся на интересный пассаж об орфографии и их реформировании:

Наша орфография — не только и даже не столько культурная ценность, а просто весьма практическая вещь. Именно орфография помогает легче воспринимать написанное, то есть попросту — быстрее читать. Это происходит потому, что мы привыкли к определённому графическому облику слов и опознаём их даже не целиком, а по нескольким ключевым буквам, прежде всего — по первой и последней. Неправильное написание незначительно задерживает наш взгляд на слове, тормозя процесс чтения в целом. Если таких задержек оказывается много (то есть мы имеем дело с неграмотным текстом), чтение тормозится не чуть-чуть, а сильно.
На самом деле орфография помогает и быстрее писать, поскольку грамотный человек делает это автоматически. И вот здесь прозвучало ключевое слово: грамотный. Дело в том — и сейчас я раскрываю большой секрет, — что орфография облегчает жизнь далеко не всем, а только грамотным людям. Именно поэтому при любых реформах орфографии и графики страдают прежде всего они — те, для кого письмо и чтение стали, по существу, основным инстинктом. И именно образованные люди сильнее всего сопротивляются таким реформам (выделено мною — massimoling). Остальные же без орфографии даже немного выигрывают: не надо думать, как писать, да и чтению это не мешает, поскольку привычки к определённому графическому облику слов у них не сформировано. Главное же, что при отсутствии орфографии незнание орфографических правил им абсолютно не вредит, так что их социальный статус сильно повышается.

Как человек, интересующийся вопросами реформы орфографии и даже одно время пытавшийся сделать собственный проект упрощения английской орфографии, должен согласиться с данными рассуждениями. На собственном опыте я знаю, что переключаться с «правильного» написания на «неправильное» (пусть и субъективно или объективно более желательное) действительно очень трудно. И даже не из-за привычки к определённой орфографии и графическому облику слов (хотя, строго говоря, и из-за них тоже — привычка зачастую мешает учесть все моменты, которые нужно изменить в том или ином слове при использовании альтернативной орфографии). Гораздо большее значение имеет то, что всё время на реформированной орфографии, увы, писать не будешь — всё равно 99% текстов, в том числе в интернете, придётся писать обычной традиционной орфографией. Иными словами, если бы вдруг нашу, английскую или ещё чью-нибудь орфографию реформировали (как это случилось, например, с немецкой), раз и навсегда запомнить и воспроизводить разницу между старым и новым относительно легко. Поэтому в реформах орфографии в сторону упрощения, считаю, нет ничего страшного — один раз переучить себя можно, а последующим поколениям будет уже гораздо проще запоминать, как что пишется, в сравнении с тем, как оно слышится. А вот если приходится постоянно переключаться между двумя разными орфографиями, при том, что повсеместно, кроме твоего личного пространства, доминирует только один из них — тут уже есть угроза раздвоения орфографической личности со всякими неприятными последствиями для психики. И это верно не только для орфографии. Так, каким искусственным бы мне не казалось новое название новгородского проспекта Карла Маркса — Воскресенский бульвар — я довольно быстро приучил себя использовать данное название вместо нового. А вот если бы я почему-то прозвал его Воскресенским бульваром только «про себя», а официальное название оставалось бы проспектом Карла Маркса и почему-то бы мне не нравилось, было бы гораздо труднее не запутать самому себя в том, какое название существует в объективной реальности, а какое — только у меня в голове :)

Реклама

Один ответ to “Максим Кронгауз об орфографии”

  1. Сергей Says:

    В газете «Книжное обозрение» в начале 90-х читал цитату Пушкина, что орфография сия геральдика языка, изменяется по произволу всех и каждого. (Александр Сергеевич Пушкин). На самом деле каждый человек в жизни прочтывает раз в 100 больше текстов, чем пишет. Следовательно, орфография должна быть удобна прежде всего для чтения и понимания прочитанных текстов. Мягкий знак в инфинитиве и его отсутвие в глаголе будущего времени — полезная штука. Множество непроизносимых согласных «солнце», «поздно», «честный» и т.д.

    За упрощение орфографии выступают, в основном, люди не читающие книг, чиновники, пишущие бумаги. Им не охота выглядеть неграмотными.

    В тему: Якобы, интеллигентные люди не ругаются матом. Ругаются! Не ругаются матом неителлигентные, желающие сойти за интеллигентных.

    Байка: Сидят Анна Ахматова, Ольга Берггольц и Лидия Чуковская. Ольга Берггольц, поддатая, ругается. Чуковская начинает ее пристыживать. Ахматова говорит: «Ладно, Лидочка, мы же ведь филологи!».


Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: