Чуждый немцам шипящий

Из набоковской «Защиты Лужина»:

Немцы, жившие в курортной гостинице, героически преодолевая трудность чуждой им шипящей, произносили это имя с уважением.

Речь идёт о фамилии главного героя Лужин, содержащей действительно не свойственный немецкому языку звук [ж]. Для немцев этот звук — примерно то же, что для нас какой-нибудь [γ] (то бишь звонкое «х»): глухой вариант этого звука мы очень даже знаем, а вот звонкого (в литературном варианте) у нас нет. Хотя при желании мы без особого труда произнесём и [γ].

Впрочем, в заимствованных словах типа Orange или Journalist немцы всё же вынуждены произносить это самое [ж].

P.S. Кстати, буквально в соседнем предложении в той же «Защите Лужина» встречается слово крестословица — явная калька английского crossword:

Дочь показала ей последний номер берлинского иллюстрированного журнала, где в отделе
загадок и кресто-словиц была приведена чем-то замечательная партия, недавно выигранная Лужиным.

 

Реклама

Something is rotten in the state of English teaching

Всё больше убеждаюсь в неэффективности нашей системы обучения иностранным языкам. Профильное языковое вузовское образование у нас ещё куда ни шло. Но вот у неязыковых специальностей преподавание языков скорее похоже на ролевую игру, в которой одни делают вид, что учат, другие делают вид, что учатся.

Вот ещё два ярких примера.

У меня есть товарищ-азербайджанец, который учится на филфаке. Помимо своего родного языка, он прекрасно знает турецкий и русский, на котором он говорит почти как на родном. А университетский английский ему не давался.

Со мной учился один русский, который какое-то время жил в Германии и у которого там имеются родственники. Он прекрасно знает немецкий язык. А университетский английский ему не давался.

Можно, конечно, много говорить о преимуществах метода погружения перед косным методом преподавания, о том, что без поездки в страну изучаемого языка учить язык немыслимо … Но дело, думаю, не только в этом. Дело, с одной стороны, в отсутствии мотивации у наших людей учить языки и, с другой стороны, в косной и неинтересной системе их преподавания с требованиями заведомо невыполнимыми без помощи «на стороне».

В связи с этим мне вспоминается цитата, вывешенная на доске объявлений филфака НовГУ:

 

Гортанный [q]. Инструкция по произнесению

Инструкция по произнесению арабо-тюркско-кавказского гортанного [к] (в фонетической транскрипции — [q]). Взято из «Русско-осетинского разговорника» Х.А.Таказова, который в электронный версии есть здесь.

хъ
образуется, как и осетинское х, в гортани. Чтобы произнести хъ, попробуйте сперва несколько раз произнести осетинское хрипящее х (звук образуется в гортани) причём протяжно. Затем, произнося очередное протяжное х, вдруг сомкните совсем гортань и прорвите этот смык силой задержанного воздуха. У вас получится резкий гортанный звук, иначе говоря, хрипящее х со взрывом.

Читается как ق в арабском, афганском и персидском языках, грузинское , къ в балкарском и кумыкском языках, хъ в дагестанских языках, кабардино-черкесское кхъ, чечено-ингушское кх, таджикское и казахское қ.

Как бы ещё практически выполнить эту инструкцию…

 

Испанский? Конечно!

Так уж получилось, что знакомство с романскими языками у меня началось с испанского. Потом, ознакомившись в разной степени с другими романскими языками и их первоисточником — латынью, я пришёл к выводу, что романские действительно лучше всего начинать изучать с испанского, как тюркские языки — с турецкого. Ниже я поясню свою позицию. Читать далее…

Хорошо жить не в столице!

Вчера был на первом заседании Русского клуба НовГУ, на котором обучающиеся в нашем университете иностранные студенты имели возможность пообщаться и пообсуждать различные вопросы с русскими студентами. Было очень интересно.

В конце заседания зашёл разговор о том, что Новгород когда-то был столицей Русского государства (с 862 по 882 год, если быть точным). И ведущая клуба по этому поводу высказала интересное мнение:

Новгород был столицей Русского государства очень давно. Но, может, и хорошо, что он не остался столицей — ведь жить в столице не во всём приятно.

Это точно. Ведь если бы Новгород остался столицей России, то он вряд ли был сейчас маленьким уютным городком, как австралийская Канберра или бразильская Бразилиа. В средние века Новгород был одним из самых крупных городов страны (за что и получил прозвище Великий), так что можно предположить, что останься он столицей, он бы сейчас разросся до размеров нынешней Москвы, которая у меня лично своим переизбытком всего вызывает тихий ужас и полное нежелание когда-либо переселиться туда.

Нет уж — пусть лучше Великий Новгород будет одним из самых маленьких областных центров страны… Ведь небольшие размеры (при желании и наличии времени между любыми двумя точками города можно пройти пешком) и в то же время наличие в городе всего необходимого делают его городом для жизни.

P.S. А ещё в Русском клубе я познакомился с немцем. Теперь будет с кем попрактиковать свой письменный и — главное — устный немецкий язык :)

 

Смесь языков — турецкого с азербайджанским

Из моей сегодняшней переписки с товарищем-азербайджанцем. Вы мне по-французски, а я вам по-латыни Я ему — по-турецки, он мне — по-азербайджански.

— Bugün satranç oynuyor musun?
— Bəli.
— Da kolay gelsin!
— Sağ ol.
— Dəyməz.

На носителя того или другого языка эта переписка, вероятно, произвела бы такой же эффект, как на нас — переписка о том же самом на смеси русского с украинским:

— Ты сегодня играешь в шахматы?
— Так.
— Тогда удачи!
— Дякую.
— Прóшу. ( = Не за что).

P.S. В следующий раз надо будет, не мелочась, сразу писать по-азербайджански с учётом всех различий: Bu gün şahmat oynayırsan mı? «Ти сьогодні граєш у шахи?» :)

Первое передвижение согласных: соображения из личного опыта

На улице минус 15 градусов. Иду, разговариваю. Губы от мороза двигаются чуть труднее, чем обычно. И вдруг ловлю себя на том, что слово «тебе» произнёс как «теβе» ([β] – щелевой губно-губной согласный, получающийся, если при произнесении звука [б] слегка разомкнуть губы; есть, например, в испанском языке).

Тут же вспомнилось, что говорила нам на введении в германскую филологию незабываемая Леонора Кузьминична Чистоногова:
«По одной из версий, первое передвижение согласных в германских языках, в частности переход глухих смычных [p], [t], [k] в глухие щелевые [f], [θ], [x] произошло потому, что народы, живущие в суровых северных условиях, склонны к более слабой артикуляции звуков, иначе говоря – «ленятся» произносить звуки достаточно сильно»

Похоже на правду… Правда, в эту теорию не очень вписывается другой процесс в рамках первого передвижения согласных – переход звонких смычных [b], [d], [g] в глухие смычные [p], [t], [k]. Ведь ещё на практической фонетике нас учили, что у глухих согласных более сильная артикуляция, чем у звонких, потому глухие согласные называют латинским словом fortes (сильные), а звонкие согласные – lenes (слабые). Если «лениться» произносить звуки достаточно сильно, то должны получаться более слабые звуки, а не более сильные.

С Днём защитника Отечества!