Заметки увлечённого лингвиста

Интересно было бы узнать, когда начала формироваться нынешняя украинская грамматическая терминология и почему некоторые грамматические термины в украинском заметно отличаются и от русских (с которых, по идее, они должны были быть скалькированы под строгим контролем), и от латинских (с которых грамматические термины фактически заимствовались или калькировались практически во все европейские языки).

Ниже приведём в сравнении русские, украинские и латинские грамматические термины и выделим жирным те из них, которые являются кальками с латыни.

Названия частей речи

Как видим, в большинстве случаев русские термины соответствуют латинским, а украинские — не очень. Есть, правда, один случай, когда украинский термин как раз соответствует латинскому, а русский — нет: укр. при-слів-ник, лат. ad-verb-ium «при-слов-ье», «при-глагол-ие» — русск. наречие.

Лично мне очень нравятся украинские термины для причастия и деепричастия, ибо они очень точно отражают их двойственную природу: діє-прикметник «прилагательное действия», «глагол-прилагательное» — форма глагола с грамматическими и синтаксическими признаками прилагательного; діє-прислівник «наречие действия», «глагол-наречие» — форма глагола с грамматическими и синтаксическими признаками наречия. Русские причастие и деепричастие, соответствующие латинскому participium (от parti-cipio «принимаю участие (в чём-то)», «являюсь причастным (к чему-то)», не несут такой чёткой характеризующей семантики. Да и дієслово «слово действия» тоже куда точнее русского абстрактного глагола, т.е. этимологически просто «слóва» (как и латинское verbum).

Названия падежей

Здесь русские, украинские и латинские термины почти везде соответствуют друг другу, за исключением названия винительного падежа, который в украинском внезапно стал «находительным» (знахідний). Творительный падеж называется ближе к латинскому «инструментальному» орудний, а предложный падеж на европейский манер называется «местным» (місцевий). Это связано с тем, что в украинском данный падеж действительно используется практически исключительно в значении местного (у/на/по чому), в то время как в русском соответствующий падеж объединяет в себе синтаксические местный («в/на чём») и рассказывательный («о чём») падежи — объединяемые, однако, одним общим признаком: они всегда употребляются с предлогами. В украинском же рассказывательное значение обычно выражается конструкцией «про + винительный падеж», потому у шестого падежа в мове остаётся только значение местного.

А ещё кто-то говорит, что украинский — диалект русского, ага :)

Языковая норма всегда консервативна. В этом, конечно, есть много положительного — постоянство (вернее, сдерживание изменения) нормы не даёт языку меняться слишком быстро и предотвращает непонимание друг друга представителями разных поколений, позволяет избегнуть «разброда и шатания» в языке и т.п. Но иногда, охраняя таким образом язык, норма вместе с водой выплёскивает и ребёнка, не пуская в язык слова, образованные вполне в соответствии с его внутренними законами и способными заполнить вполне определённые семантические ниши в языке. И единственным аргументом нормы в этом случае является «так не говорят». Победить → побежу — так не говорят (хотя родить → рожý говорят). Полный → полуполный — так не говорят (хотя пустой → полупустой говорят). Сделать → сделающий — так не говорят (хотя делать → делающий говорят).

Есть целые учёные, занимающиеся попыткой внедрения новых слов в языки. Одним из наиболее известных русскоязычных учёных является Михаил Наумович Эпштейн, который даже выпускает целую рассылку «Дар слова». Некоторые предлагаемые им слова, по моему мнению, обозначают слишком узкие или малоупотребительные понятия и для русского языка излишни, но многие другие вполне могли бы функционировать в повседневной устной и письменной речи.

А почему бы и каждому из нас не позаниматься сознательным словотворчеством? Мне когда-то придумалось слово когдатошний, обозначающее «имевший место когда-то, давно», например: когдатошний президент США Джордж Буш-старший, многие люди вспоминают когдатошний дефицит товаров. Во многих других языках это слово вполне легально функционирует: по-английски then (the then President), на эсперанто iama (от iam «когда-то»: la iama Prezidento), в украинском колишній (от коли «когда»: колишній президент). Это слово образовано от слова когда тем же способом, что и слова вчерашний, завтрашний, здешний, нынешний, сегодняшний. По-видимому, норме мешают его принять лишь орфографические соображения — как бы не годится писать -то не через дефис, а когда-то-шний тоже ужасно. 

В английском есть очень хорошее слово helpful «готовый помочь»: He’s always very helpful. Это слово вполне можно скалькировать на русский как поможливый: Он всегда очень поможливый. В семье нужно быть поможливым.

Наконец, для меня как человека, интересующемуся различными языками, очень актуально эсперантское слово lingvemulo «человек, интересующийся языками». Оно образовано от слова lingvo «язык» с помощью суффиксов -em- «склонный к чему-то» и -ul- «человек, наделённым таким-то качеством». Это слово очень точно описывает определённый тип людей, которые могут и не быть лингвистами по образованию или роду занятий, но самостоятельно интересуются самыми разными языками и пытаются хотя бы немного их изучать или узнать о них побольше. Правда, не представляю, как это слово можно было бы перевести на русский язык хотя бы неологизмом. Update: ВКонтакте как аналог этому слову был предложен термин глоссофил, взятый из английской Википедии.

Обсуждали тут в Сети с товарищами, сколько же падежей на самом деле в русском, если принять разными падежами словоизменительные значения слов, которые хотя бы в некоторых словах выражаются разными окончаниями. Насчитали пока десять:

Именительный (номинатив)
Родительный (генитив)
Счётный (компутатив? :)
Разделительный (частичный, партитив)
Дательный (датив)
Винительный (аккузатив)
Творительный (инструменталис)
Предложный (препозиционалис)
Местный (локатив)
Звательный (вокатив)

Выделенные жирным падежи, не входящие в традиционный набор школьной грамматики, формально отличаются от других падежей не у всех слов, потому их и не принято выделять в отдельные. Тем не менее, разница в формах новость чáса — два часá, листья чая — налить чаю дают повод выделить из родительного падежа в первом случае счётный (со словами два, три, четыре), во втором — разделительный. Точно так же разница о снеге — на снегу, о береге — на берегу и т.п. даёт возможность выделить из предложного падежа местный.

Разговорный звательный падеж — это формы-обращения с усечением конечного -а (Мам, иди сюда! Вась, скажи мне…) или реже, наоборот, с его прибавлением (Деда, а деда!).

И это как минимум… :)

Сейчас, много слушая песни Миколы Гнатюка, начинаю замечать некоторые интересные явления в украинском.

Например, в русском волосья, колосья, листья — это формы множественного числа от слов волос, колос, лист. Соответствующие по форме и значению украинские волосся, колосся, листя — это уже собирательные существительные среднего рода единственного числа: чеше волосся своє «расчёсывает волосы свои» (кстати, из украинского перевода «Лорелеи» Гейне!), колосся стигле «колосья спелые», пожовтіє листя «пожелтеют листья».

Это наводит на размышления: а не происходят ли русские неправильные формы множественного числа типа деревья, колосья, листья от каких-нибудь утерянных собирательных существительных среднего рода типа *деревье «группа деревьев», *колосье «группа колосьев», *листье «группа листьев», «листва»? Ведь образуемые таким образом собирательные вполне типичны для русского языка: ворон — вороньё, кулак — кулачьё, мужик — мужичьё? Эта словообразовательная модель продуктивна и поныне. Так, недавно в газете «Новгород» даже встретилось неформальное самоназвание туристов-рюкзачников — турьё.

Полвека назад комиссия, состоящая из наиболее выдающихся лингвистов того времени (Виноградова, Аванесова, Реформатского, Ожегова, Чуковского и других), подготовила один из наиболее продуманных и целесообразных проектов реформирования русской орфографии, вошедшей в историю как «Проект 1964 года». Всего через несколько лет после утвердившей современные нормы русского правописания, но во многом нелогичной и непоследовательной реформы 1956 года учёные выявили наиболее усложняющие жизнь пишущим на русском языке и наименее нужные современному языку правила правописания и предложили проект их реформирования и упразднения. В их заявлении говорилось следующее:

«Русское письмо не нуждается в революционном преобразовании, надо лишь избавить его от всего противоречивого, двойственного, устарелого, без нужды отягощающего память пишущего. Главная цель — облегчить усвоение орфографии учащимися».

Вот что было предложено:

В подготовленный за два года проект вошли многие из разработанных ранее, но не принятых предложений, в частности:

1. Окончательно упразднить ъ, оставив один разделительный знак ь: вьюга, адьютант, обьём.

2. После ц писать всегда и: цирк, циган, огурци.

3. После ж, ч, ш, щ, ц писать под ударением о, без ударения – е: жолтый — желтеть, бережот — гложет.

4. После ж, ш, ч, щ не писать ь: настеж_, слышиш_, ноч_, вещ_.

5. Отменить двойные согласные в иноязычных словах: тенис, корозия.

6. Упростить написание н – нн в причастиях (писать н – нн в отглагольных образованиях в зависимости от наличия или отсутствия приставки, не дифференцируя слова по грамматическому значению).

7. Сочетания с пол- писать всегда через дефис.

8. Изъять исключения и писать впредь: жури, брошура, парашут; заенька, паенька, баеньки; достоен, заец, заечий; деревяный, оловяный, стекляный. Читать далее…

А Вы знаете, что такое карильон и как прекрасно он звучит? А ведь, оказывается, этот необычный музыкальный инструмент имеет отношение не только к названию питерского эсперантского клуба Kariljono, но и к старинному русскому выражению «Малиновый звон»:

Знаменитое русское выражение «малиновый звон» пришло к нам из Бельгии. Эту идиому русскому языку подарили карильоны Мехелена. По-французски этот город называли Малин, а звон карильона из Мехелена как раз и назвали «малиновым».

Краткую историю карильона — инструмента, представленного сотнями экземпляров в США и Европе и пока всего двумя в России, читайте в статье на сайте газеты «Взгляд». А вот карильон в действии:

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

А пока в Петербурге собираются установить третий карильон, в Великом Новгороде составлена предварительная программа Второй межрегиональной переводческой конференции Translation Strategies, а в Москве начинается подготовка к VI Московскому фестивалю языков. Оба события пройдут в конце октября.

Заметил, что в белорусском языке литературными являются многие слова, которые присутствуют в русском лишь как просторечные. Например, заўсёды «всегда» (русск. прост. завсегда), Расея «Россия» (русск. прост. Расея), рублёў «рублей» (русск. прост. рублёв), сёмы «седьмой» (русск. прост. сёмый), сёння «сегодня» (русск. прост. сёдня), чыгунка «железная дорога» (русск. прост. чугунка).

То же можно сказать о некоторых грамматических конструкциях. Например, отсутствие начального н- у личных местоимений третьего лица, употребляемых с предлогами, в белорусском является литературной нормой, в русском же встречается лишь в сельском просторечии: на ёй «на ней».

Положительно была права одна моя знакомая, которая сказала, что «русский язык плавно переходит в белорусский, белорусский — в украинский, а украинский — в польский». А ещё всё относительно: что в одном языке является нормой, в другом может считаться отклонением от неё. Впрочем, любое языковое изменение начинается с отклонения от нормы… :)

Известно, что название новгородского народного собрания вече происходит от популярного корня вѣт- «говорить». Этот корень в свободном виде сохранился во многих славянских языках — в белорусском вітаць и в польском witać «приветствовать», в украинском вітати «поздравлять». В русском языке этот корень стал связанным, то есть способен использоваться только с приставками: завет, навет, ответ, привет, совет и проч. и проч. А вече — это, стало быть, «говорильня» «место, где говорят».

В Осетии тоже бывали народные собрания. И назывались они ныхас. А ныхас в своём первоначальном значении — это «речь», «слово». Выходит, что и для осетин народное собрание — это прежде всего место, где можно о чём-то поговорить, что-то обсудить.

Два далёких друг от друга народа выбрали для наименования своих собраний одну и ту же сему…

Интересную вещь я прочитал сегодня в отрывгом календаре:

Выражение «зри в корень» возникло как афоризм Козьмы Пруткова – поэта, придуманного братьями Жемчужниковыми и А. К, Толстым. Афоризм этот верен не только в своём общепринятом, обобщённо-метафорическом и фразеологическом значении – «Вникай в самую суть дела», но и в другом, узко лингвистическом значении – «смотри в корень слова». Отыскивая корень, мы касаемся самых глубинных и существенных признаков слова. А «зри в корень» в широком значении этого оборота позволяет объяснить и превратности орфографии слова, и тайны его происхождения.

А что, ведь верно :)

На странице одного из участников Википедии увидел такую табличку:

Под «расширенным употреблением буквы ъ» имеется в виду, очевидно, передача оной буквой безударного редуцированного гласного, который в фонетической транскрипции и обозначается [ъ]. Но, судя по тексту таблички, их «владельцы» должны быть вообще сторонниками полностью фонетической орфографии русского языка по образцу белорусской. Безударное е/и обозначается как і (кстати, почему «и с точкой»?) и т.п.

Я пока что не сторонник такой радикальной реформы русского языка. Но вот кафэ через э и што через ш давно пора писать.

Для проверки русской раскладки клавиатуры используется следующая фраза, которая содержит все буквы русского алфавита:

Съешь же ещё этих мягких французских булочек да выпей чаю.

Для проверки английской раскладки клавиатуры используется фраза, содержащая все буквы английского алфавита:

A quick fox The quick brown fox jumps over the lazy dog.

Интересно, есть ли подобные фразы для проверки раскладок клавиатуры на других языках, содержащие все символы данного языка (в том числе с диакритикой)?

В телесериале «Деревенская комедия»  (с Маратом Башаровым и Марией Голубкиной в главных ролях) был один комичный персонаж по фамилии Куркуленко. Его комичность заключалась в чрезмерной расчётливости, прижимистости и практичности.

А тут в рассказах Шукшина я обнаружил слово куркуль, которое по контексту значило то, что мы сейчас называем «жмот». Полез в словарь — и точно: куркуль значит «скупой и корыстолюбивый человек, стяжатель».

Стало быть, фамилия-то значащая …